Эли хотела оправдаться, сказать, что вовсе не обижена, не злиться, но тогда бы соврала, ещё чувствовала внутри недовольство от произошедшего. К горькому водовороту прибавилась вина за отвратительные уговоры, всё случилось из-за неё. Страдал по глупости Арон, извинялся перед девчонкой, отравляющий ему присутствием вечер. И как после такого не выдрать сердце из груди, как не растоптать негодное демонстративно, чтоб весь мир видел наказание? Ради любимого Элиана села поудобнее, не желала портить ужин, хозяин же старался сделать приятно, развеселить. Она всё порывалась сказать про служанку, предупредить, однако слова почему-то застряли в горле.
Господа на миг замерли в ожидании, что не продлилось и минуты, вот на столе перед ними уже стояли блюда с манящими ароматами специй. Свежая зелень и идеально порезанные овощи, сложены один к одному аккуратно. На другой тарелке ломтики розового ростбифа с мазками белого густого соуса. Хрустящий, поджаренный хлеб, сказочно мягкий внутри принесли, поставили рядом с сырами. Кусочки белые, ровные, словно листы бумаги; другие чуть зернистые, желтоватые; третьи насыщенные, пористые; четвёртые рассыпчатые с прожилками. У каждого кушанья особенный вкус, своё настроение, звучание.
Всё выглядело таким аппетитным, привлекательным, аж Эли позабыла о хозяине, от ярких ароматов пробудился лютый голод, который не замечала с самого утра. Надо же за целый день не удалось перехватить и крошки, зато тут неожиданно хотелось насобирать в тарелки всего, да побольше. Мельком, буквально краем глаза уловила таинственное выражение лица Арона, от чего стушевалась, отпрянула дальше от стола, будто обожглась. Он пугал, просто смотря, совсем без укора или злобы, любовался. Стало не по себе, а щёки зарделись румянцем.
— Что-то не так? Вы странно смотрите. — Переплелась она смущённым взором с радушным хозяином.
— Совсем ничего, хотя мне думается, что вас что-то тревожит. Я прав? — уточнил Арон, и впрямь смотрел сквозь оболочку в самую душу, улавливал любые изменения в собеседнике, каждую новую эмоцию, что только норовила проклюнуться. Маг, наблюдающий за сокрытым!
— Ничего от вас не утаишь. — Эли невольно улыбнулась, не ведая почему. Рукой потянулась убрать с лица щекочущую прядь, да так и застыла. — Я понимаю, что это не моё дело, однако почему хозяйскую комнату так поздно убирают?
Чего-чего, а удивления и непонимания Элиана никак не ожидала увидеть у Арона. Неужто мерзавка посмела зайти в спальню господина без разрешения, втихую, в его отсутствие! Теперь ясно, почему так испугалась — попалась на месте преступления. Не лорда страшилась служанка, не наказывал её никто, как думалось изначально, вот из-за чего мямлила, не пускала. Злость застилала глаза, кружась с переживаниями за дорогого человека, штормом сметая другие эмоции. Пригрел под боком чумную крысу, как не ощутил смрада от неё? Следующие слова дались Эли с большей уверенностью.
— Пару часов назад я встретила выходящую из вашей комнаты Элиану. Она соврала, что… Почему вы смеётесь? — Настала очередь вершительницы правосудия удивляться, Арон веселился от души. Внезапная реакция напугала, гостья продолжила бормотать тихо, оправдываться. — Она очень торопилась уйти, а я хотела с вами поговорить, и… И так вышло, мы встретились у вашей двери. Она говорила, что пришла убирать, но вы попросили зайти позже, так как устали, хотите отдохнуть. И я поверила. У вас ничего не пропало, а нового ничего не появилось?
— Ох, милая! Не переживайте, ничего страшного и криминального не случилось. Я сам попросил Элиану зайти на довольно личный, но приятный разговор, — на последнем слове интонация чуть скакнула, к сожалению, собеседница не поняла игры и манипуляции голосом. — Видимо, девочка не ожидала вас увидеть, растерялась и сказала, не подумав первое, что в голову пришло. Уверяю, что она не из-за корыстных целей так поступила.
— То есть всё хорошо? — Арон без раздумий кивнул. — Но, что смешного я сказала? Мне стыдно, что подозревала Элиану. Вся эта ситуация выглядела такой понятной, однозначной, тогда. Это может остаться только между нами?