Так неправильно и боязливо было Элиане подходить к управляющему, вновь стала маленьким ребёнком, который пошёл просить разрешения у взрослых покататься на лошади. Гостья поинтересовалась, есть ли в поместье красивые, необычные места, которые непременно надо увидеть. Мужчина по-доброму рассмеялся, заявив, что, куда бы леди не отправилась, какую дорогу бы не выбрала — любая приведёт в сказочный уголок. Чуть погодя, он всё же предложил поехать по главной аллеи, а на третьей развилке свернуть налево. Эли к совету знающего местного прислушалась, после нужного поворота решила ехать прямо.
На душе с ночи тоскливо. Слишком мучительно оказалось отпускать любимого, словно он забрал с собой внушительную часть её. Упорхнул вольной птицей из тёплых, заботливых рук, оставил одну на пару холодных дней. Эли разглядывала фигурные кусты с плавными, волнообразными изгибами; цветущие, изумительно пахнущие, стройные деревья; сочные, напитанные светом, зелёные лужайки. Редкие порывы ветерка трепали, путали пряди. Не слышно грубых голосов, как и резких, режущих уши звуков, лишь размеренный звон подков по камням, иль шуршание песка под копытами, над головой распевали песни певчие птицы. Пейзажи, пропитанные красками и жизнью, дарили умиротворение бунтующей душе, метающийся в клетке тела. Протяжный вой затих, удивительно, умолк в один миг.
Сколько она уже здесь, сколько тлела рядом, изнывая, слепо бросалась на любую возможность, оплести себя вниманием возлюбленного. Бесцельно застряла в гостях на недели, грудь щемило от собственной дурости до едкой горечи. Быть может, Эли зря себя истязала, лучше же вернуться домой к родителям, долго-долго извиняться за необдуманный поступок, клясться, что не посмеет подвести впредь, с надеждой на прощение. Не способна открыться перед сделанным божеством, кого вознесла на пьедестал, не получится, не выйдет. Поганая шутница Судьба надрывала пузо смехом, сводя с ума. Решено. Арон вернётся, Элиана напитается крупицами приятной близости и уедет, словом не обмолвится о неправильной, запретной любви.
Но как же до тошноты больно отказываться от собственного счастья. В угоду чему? Слова, проговаривались его голосом в голове. Не вынесла душащего кома слёз маленькая глупышка, спешилась, убежав плакать под укромное дерево. Она сжигала солью ладони, тряслась рыданиями, уж лучше бы умерла несколько дней назад в пасти чудища, чем сейчас страдала. Забвение укрыло обходительной, гладкой тьмой, обволокло лёгкостью, отбросило проблемы. Когда умираешь — не надо ничего решать, не надо выпутываться из цепких лап судьбоносных вопросов. В гробу не думаешь, как же быть дальше, там, в принципе, не думаешь. Зря Арон спешил на помощь неразумной наглой гостье.
Толчок морды лошади вырвал Элиану из болота отчаяния, только вряд ли сегодняшняя рана когда-нибудь зарастёт, вечно будет мучить, кровоточить. Не может, разрушить счастье и мир, состоящий из благополучия, того, кого любила всей душой, прокляла себя скитаться одиноко, без капли взаимности. Эли обняла чуткого спутника, желая утешения, прижалась к шее, метнув взгляд в даль, где меж кустов и деревьев светлым кремом и лазурью проглядывалось строение. В недрах зашевелилось любопытство, ведь добродушный хозяин и словом не обмолвился, что на территории поместья есть ещё дома. Да и гостья думала, что в первый день ей самое значимое показали, а остальное сплошной парк с разными природными композициями.
Рукой в кулаке утерев слёзы, взяв лошадь под уздцы, Эли побрела к загадочному строению, спрятавшемуся за живой изгородью. На каждый шаг приходилось шмыганье носом, и почему она никогда не носила с собой платков, когда они так нужны, их нет? Только Арон пару раз одалживал. По крайней мере, лучше так, чем выставлять себя в непристойном свете, мысль опозориться перед любимым казалась внушительнее и до фантомной рези на теле страшнее, нежели перед обществом знатных, влиятельных господ. Слепо превозносила его одного над всеми, а после стенала из-за бьющих в живот ошибок, сгибалась пополам. Вот зачем такому идеальному лорду, такая маленькая, глупая, робкая девчушка? Ему нужна яркая, гордая дама, не пугливая малявка. Точно, ей не место здесь, надо прощаться. Рвать связь и прощаться.