Она вновь украдкой огляделась, прежде чем понизить голос до заговорщического шепота:
— «Послушайте, я знаю места, где можно получить особое снаряжение для такого храброго Робина Гуда, как вы. Если вам интересно, конечно...»
Хотя её глаза были болезненно расширены, губы лихорадочно улыбались в слабом свете луны, намекая на невыразимые секреты и запретные союзы, таящиеся в недрах Труа.
Ухмылка Ле Фу стала шире, заинтригованная внезапной возможностью дополнить свои дерзкие планы. Возможно, сама госпожа Удача улыбнулась его хаотичному крестовому походу сегодня вечером?
— «Ну, разве это не заманчивое предложение!» — протянул он, неторопливо направляясь обратно к нервной, но нетерпеливой девушке.
— «Расскажи мне больше, милая куртизанка... Посмотрим, куда нас приведёт этот восхитительный маленький танец, ладно? В конце концов...» — Его голос упал до зловещего мурлыканья: — «Всегда найдётся ещё много грешников, которым нужно преподать урок. Особенно, если у меня не так уж мало... инструментов убеждения».
Она кротко улыбнулась, очарованная его тёмным влиянием, и хрипло произнесла:
— «Тогда слушайте меня внимательно, месье...»
***
Глава III Легендами не рождаются
Когда над Труа забрезжил рассвет, его жуткая серая бледность окрасила мощеные улицы, а шепот об ужасном открытии распространился со скоростью лесного пожара. В грязном переулке, словно беспорядочно разбросанные части тела, лежал изуродованный труп сержанта Бертрана. Его некогда гордая фигура была осквернена до неузнаваемости.
Несколько храбрецов, осмелившихся приблизиться, ощутили мрачное зловоние пролитой крови, смешанной с дневной мочой и гниющим мусором.
Паника охватила сердца каждого солдата, марширующего под командованием капитана Жана де Рея. На каждом лице читалась мрачная решимость, смешанная с невысказанным ужасом. Они знали, что если их загонят в угол, то извращенное чувство юмора безумного шута не пощадит никого из них.
Сам Жан ходил взад-вперед перед гротескной картиной смерти, его мысли метались. Как все могло так быстро обостриться? Всего неделю назад жизнь в городских стенах текла предсказуемо. Теперь же царил хаос, направляемый беспорядочными прихотями одного неуравновешенного человека, который нес чушь во имя справедливости. Ни духовенство, ни знать не понимали, что им делать в ситуации, когда ограничения старого порядка не дают им мобилизовать необходимые силы для сопротивления этой угрозе.
Меж тем слухи быстро распространялись среди напуганного населения, забившегося в дома:
— «…Дурак собрал нищих и шлюх, чтобы свергнуть знать!»
— «…Он приказывает крысам самим разносить чуму по всем домам…»
— «…А ночью тень Ле Фу танцует на крыше собора, оскверняя Самого Бога непристойными жестами…»
Испуганные лица выглядывали из-под потрескавшихся ставен, когда глашатай объявил о формировании поисковых отрядов, обещая милосердие за любую информацию, ведущую к поимке Ле Фу. Однако в воздухе витало тяжелое сомнение: предадут ли их собственные жители такого народного героя?
Ярость капитана Жана де Рея вспыхнула аккурат после того, как он увидел страшную сцену гибели своего товарища. Его лицо покраснело под пластинами шлема, когда он направился к борделям, которые теснились вдоль специально отведенной «улицы секретов».
Он с силой выбил дверь заведения мадам Роземонд, напугав девушек внутри. Полуодетые путаны закричали и разбежались, стараясь спрятаться от грозной фигуры капитана, размахивающего мечом.
— «Где этот проклятый убийца, Ле Фу? Говори мне сейчас же, а не то ты познаешь гнев моего клинка!» — громко воскликнул Жан.
Мадам Роземонда шагнула вперед, ее обвисшая грудь возмущенно вздымалась под шелковым платьем. «Ах, mon capitaine, вы, конечно, шутите! Мы, скромные слуги Венеры, никогда не стали бы укрывать беглеца», — произнесла она с лукавой ухмылкой. — «Хотя, должна сказать, довольно волнительно, когда такой крепкий парень, как месье Ле Фу, борется за права нас, простых людей в этом городе».
— «Да, он наш безжалостный чемпион!» — вмешалась Сьюзи, гибкая брюнетка. — «Да он лучший трахарь, который у нас когда-либо был! Быстрый и жесткий, как его месть продажным свиньям вроде этого мертвого кабана Бертрана, тьфу, в постели он был тем ещё негодяем!»
Смех разнесся по собравшимся женщинам. Даже самая молодая горничная застенчиво пропищала из номера неподалеку: — «А я слышала, что у него такой же большой и сильный член, как и его репутация», — пролепетала она нежным голосом, отражаясь от стен.