– Сьюзен, – обратился к своей новой спутнице Дэни, – будьте добры, свяжитесь с их капитаном или кто у них там, чтобы мы могли согласовать траекторию сближения.
Ответ блондинки его обескуражил.
– Я могу это сделать, но доктор Стерн, который возглавляет линейную лабораторию номер тринадцать, может не согласиться.
– То есть как это – не согласится? Разве этот ваш доктор Стерн не подчиняется профессору Николсону?
– Вы ошибаетесь, Дэни, если полагаете, что у нас царит военный порядок с полным соблюдением субординации. Ничего подобного. У нас научная корпорация. Колония на Сигме представляет собой координационный центр, куда стекаются данные из всех линейных лабораторий и экспедиций, базирующихся на поверхности планет. Иными словами, доктор Стерн имеет право принимать самостоятельные решения.
– Все ясно, – проговорил капитан «Лейлы». – Но вы все-таки попытайтесь связаться.
– Хорошо, я попробую, – сказала девушка, – но, если можно, я хотела бы сделать это без свидетелей.
Дэни кивнул и покинул рубку, предварительно переключив аппаратуру на пеленг. Он и в самом деле не собирался подслушивать переговоры Сьюзен с доктором Стерном. Не имело значения, согласится ли тот пойти на сближение или нет, главное, чтобы откликнулся. Минут через десять в его каюту заглянула девушка.
– Как я и предполагала, – сказала она с непритворной печалью, – доктор Стерн отказался согласовать траектории. Он сослался на то, что незапланированное сближение с другим кораблем может нарушить чистоту биологических экспериментов, проводимых на борту линейной лаборатории.
От этих слов у Дэни поневоле сжались кулаки. Ему не нравилось, что доктор Стерн проводит какие-то эксперименты там, где находится сейчас Лейла. Однако он сдержал свои чувства. Главное эта велеречивая блондинка уже сделала. В бортовом навигационном компьютере яхты появились координаты местоположения тринадцатой лаборатории, а значит, капитан может подвести свое суденышко к ней без спроса. Дэни немедленно вернулся в рубку, заперев вход. Теперь он будет действовать самостоятельно и добьется своего, как бы ни сопротивлялся доктор Стерн и его команда. Предупредив пассажиров о том, что «Лейла» начинает ускорение, капитан ввел координаты пеленга в автопилот и принялся ждать, когда его корабль настигнет линейную лабораторию номер тринадцать.
Яхта беззвучно скользила в пустоте космического пространства. Местное светило выглядело лишь чуть более яркой, нежели остальные звезды, алой точкой на черном полотне. Планеты, что вращались вокруг красного карлика, представляли собой холодные темные миры, где если и была какая-то жизнь, то она влачила жалкое существование. «Лейла» обогнула одну из них – обледенелый шар, тускло отблескивающий в лучах своего солнца. У этой планеты была столь же безжизненная луна. Судя по координатам, полученным в результате пеленга, на ее орбите и находилась линейная исследовательская лаборатория инопланетных технологий. Вскоре локаторы яхты нащупали массивный металлический объект, летящий встречным курсом. И когда «Лейла» вышла в зону прямой видимости, то на всех ее экранах стал виден громадный цилиндр, снабженный реактивными двигателями, на блестящем боку которого явственно различалась надпись: «ЛИЛИТ-13».
Глава семнадцатая. Четыре солнца Лимы
Сократор третьего уровня, который прежде был доктором ксенобиологии Карелом Пиштой, принял решение покинуть планету. Обретя новую личность, он сохранил память и знания прежнего индивидуума, поэтому знал, что на Хосте нет высокоразвитых форм жизни. Следовательно, нельзя расширить число секторов, не говоря уже о более высокоорганизованных особях расы Кси. Необходимо было выйти в космическое пространство и попытаться вновь связаться с Центром. Хотя бы для того, чтобы убедиться в том, что тот все еще существует. Сократора третьего уровня смущало, что его кси-личность, равно как и кси-личности его подчиненных, обрели себя в теле существ, до сих пор неизвестных его расе, но кто ведает все тонкости Великого Замысла? Может, так и было задумано изначально. Это не его ума дело. Он обязан эффективно действовать на уровне собственной компетенции.
Кси-личности не нуждались в вербальной коммуникации. Мыслеобмен гораздо эффективнее. Не прозвучало ни слова, когда все сектора поднялись и погрузились в космошлюпку. «Сократор третьего уровня, – принялся докладывать спин-сектор. – Команда на борту. Ждем приказаний!» «Выходим на орбиту и пробуем снова установить связь с Центром», – распорядился тот. Вслед за спин-сектором сократор третьего уровня поднялся по трапу. Космошлюпка поднялась в небо, оставив брошенный лагерь вместе со всем мусором и экспедиционным снаряжением. Оказавшись на орбите, шлюпка принялась вызывать Центр по специальному коду. Однако то ли мощности примитивных передатчиков, созданных прямоходящими приматами, опять оказалось недостаточно, то ли по какой иной причине, но ответа они не получили.