Любая определенность лучше, чем расплывчатая неизвестность. Дэни переоделся в более подходящую для выхода в свет одежду, отправился на интролетную стоянку и уже через два часа был на космодроме. Здесь ему повезло. Техники запросили за работу гораздо меньше, чем он рассчитывал. И покуда они занимались осмотром яхты, ее владелец любовался своей красавицей, горделиво возвышающейся под сводами исполинского ангара. Через час рабочие доложили, что корабль в полном порядке и полностью готов к полету. Рассчитавшись с ними, Дэни отправился в ресторан при космовокзале, где плотно пообедал. Возвращался домой он в приподнятом состоянии духа. Топлива и ресурса жизнеобеспечения на «Лейле» должно было хватить на несколько полетов в ближайших окрестностях планеты Сочи. Следовательно, можно было предложить свои услуги туристам. Размышляя об этом, Дэни добрался до коттеджа Генри и едва не ткнулся носом в спину стоявшего у него на пути человека…
Глава двадцатая. Ускользнуть от тигровых ос
На берег одного из островов в бесконечных болотах Лимы высадился небольшой отряд колонистов, возглавляемых Омаром Хазредом. Отец Лейлы вновь стал пресвитером, потому что новообращенные поклонники культа Великой Матери нуждались в пастыре. Он собрал группу из физически крепких и выносливых мужчин, для того чтобы пробиться с ними к месту высадки Карела Пишты и его людей. Ученый сам сообщил пресвитеру о своем прибытии. Хазред удивился, что тот вздумал посетить Лиму, но затем решил, что уж где-где, а на этой планете ксенобиологу самое место. Здесь полным-полно материала для исследований, не то что на скромной Хосте. К тому же космическая шлюпка с командой Пишты опустилась в пустынном месте, откуда прибывшие не смогли бы самостоятельно добраться до ближайшей колонии. По крайней мере, без потерь.
Первой заповедью колонистов Лимы было приходить на помощь любому, кто в ней нуждается, и только потом задавать вопросы. Поэтому Хазред, недолго думая, собрал своих соратников. Они вооружились, взяли необходимые припасы, включая медикаменты и продовольствие. Колония, где поселился Омар, и лавовое поле, где закончила свой полет космошлюпка, располагались на разных островах, между которыми пролегала широкая полоса болот. По сути, целое море трясины, в котором водились самые разнообразные гады. Колонисты Лимы передвигались по болотам на специальных плотах-антигравах, поэтому Хазред и его неофиты воспользовались одним из них. Лавируя между цепочками островов, отстреливая по пути наиболее опасных тварей, колонисты достигли наконец самого пустынного берега на всей планете.
Остров, который служил колонистам Лимы космодромом, был единственным более-менее безопасным клочком суши на планете, где практически каждый квадратный сантиметр был захвачен зловредной живностью. Однако по иронии судьбы именно здесь спасатели нарвались на засаду. Хотя предназначалась она не для них.
Раскинув щупальца, усеянные ядовитыми присосками, по ветвям окрестных деревьев, хищник стир терпеливо поджидал добычу. Однако лопс, засевший в болоте по самые ноздри, не торопился стать жертвой для стира. Уж больно сочными оказались стебли пахучника, растущие в самом глубоком месте. Стир же в воду лезть опасался. В болотах обитали крючники – крохотные паразиты, проникающие под кожу и вызывающие столь нестерпимый зуд, что зараженные животные порой раздирали себя в клочья. Лопсу крючники были нипочем – он толстокожий. А вот стир покровы на брюхе имел тонкие. Неудивительно, что этот самый свирепый на планете хищник охотился засадным способом. Он выжидал, когда лопс насытится и вылезет из болота. Тогда стир облепит голову и переднюю часть туловища жертвы своим воротником, похожим на мантию моллюска, впрыснет через присоски парализующий токсин и начнет пожирать добычу живьем.
Лопсу на этот раз повезло, чего не скажешь о стире. Заряд протоника, выпущенный из джунглей, парализовал нейронные связи в его мозге. Щупальца хищника обмякли, сорвались с ветвей, но сам он еще был жив и чрезвычайно зол на того, кто помешал ему схватить жертву. Второй выстрел у Омара не получился. Вместо того чтобы замертво рухнуть к ногам охотника, стир попытался откусить тому руки. Причем вместе с протоником. Колонист Гаррис, который стоял от пресвитера всего в нескольких шагах, не успел даже поднять ствол, как по поляне пронесся темный вихрь, и чудовище распласталось на чешуйчатом стволе псевдопальмы, уже безнадежно мертвое. Вихрь сбавил обороты и превратился в Хью Кларка – бывшего полицейского сержанта, а ныне спин-сектора расы Кси. Ни единая капля пота не оросила его загорелого лба. Без всякого любопытства оглядел он свою жертву, поднял оброненный Хазредом протоник и назидательно пробормотал: