– Приносите. В нашем медотсеке им будет оказана помощь.
Нгоя сделал знак рукой, и к космошлюпке тут же поднесли носилки с тремя «ранеными». Одним из них был бывший полицейский Хью Кларк, двое других – рядовыми секторами, которые, прежде чем стать колонистами на Лиме, проходили службу в военном флоте. Все трое были обмотаны нарочито грязными бинтами. Разобраться в том, насколько тяжело «пострадали» эти люди, могли лишь медики. Робогвардейцы погрузили их на борт, обшарили поселок, который уже догорал, доложили об обстановке командованию, что находилось в рубке «Неотвратимого», получили приказ возвращаться и отбыли. Секторам и их командирам оставалось только ждать. Прошло несколько часов, когда наконец пришло сообщение: патрульный корабль захвачен кси-личностями. В подтверждение этого вернулась космошлюпка.
Теперь в ней не было никого – посадка велась в автоматическом режиме. Сократоры, спин-сектора и рядовые – мужчины, женщины, старики, дети – все как один поднялись на борт, оставив догорающие руины островной колонии. Когда бывшие ученые Гоббс и Пишта оказались в отсеках «Неотвратимого», перед ними предстал командир патрульного корабля Юри Пурвет. Теперь он был спин-сектором расы Кси. Бывший полицейский Кларк подсадил в него кси-личность, потребовав от медика позвать командира, якобы имея к нему секретное сообщение. Теперь Пурвет ждал команды от сократора второго уровня Гоббса. Вторжение расы Кси в освоенную людьми Галактику началось.
Глава двадцать пятая. Брак по обычаям
Предчувствия не обманули старшего советника юстиции Сидорова. Открытое обращение профессора Николсона к гражданам Галактики не привело ни к чему хорошему. Люди и так были взбудоражены сообщениями о расширяющейся зоне боевых действий, слухами о том, что власти занижают данные о потерях, кровавыми историями об убийствах религиозных фанатиков, именующих себя Мучениками. На самом деле война порождала зверства со всех сторон. Сирот становилось все больше, и теперь их все чаще называли детьми Лилит. Даже самые изощренные умы давно отчаялись разобраться в том, кто прав, а кто виноват в разрастающемся конфликте. Теперь это было неважно. Обе стороны считали себя правыми. Верующие в Благую Силу Великой Матери отстаивали право на создание собственного государства, центром которого считали планету Лилит, а галактическая администрация считала их сепаратистами, посягающими на целостность прежнего политического образования.
Когда же людям стало известно, что их, ко всем прочим бедам, пытались еще и превратить в инопланетян, это привело к социальному взрыву невиданной силы. По Галактике прокатилась волна погромов университетов, обсерваторий, научных центров, робогвардия не успевала выявлять зачинщиков и расследовать случаи покушений на жизни ученых. Пострадали даже ни в чем не повинные гастроподусы, которых толпа посчитала превращенными в инопланетян людьми. Подверглись разрушению Коралловые Замки. Дабы спасти своих подопечных, ксенопсихолог Бергман организовала эвакуацию уцелевших особей. Гастроподусов мирканяни первоначально хотели переправить на Землю, но Илга уговорила капитана научно-исследовательского корабля направить курс на Лилит, предварительно договорившись с Дэни Николсоном. Решение оказалось мудрым, ибо родной мир человечества вот-вот должен был быть окружен боевыми флотами Мучеников.
В Солнечную систему были стянуты все силы, которыми обладали противоборствующие стороны. Начиналась решающая битва за Галактику. Многие планеты уже контролировались восставшими адептами Богини, да и на тех, которые оставались подконтрольными галактической администрации, росло число сторонников культа. Сестры Лилит оказывали медицинскую и психологическую помощь пострадавшим в конфликте вне зависимости от их вероисповедания. Кротость и милосердие оказались сильнее ненависти. Теперь жители городов и поселков, где сестры осуществляли свою миссию, заступались за них перед теми, кто сеял ненависть и вражду. Как это часто бывает в тяжелые времена, многие люди, прежде не верующие ни во что, обращались к Великой Матери, ища у нее заступничества и утешения. Немало беженцев прибывало и на Лилит. Здесь они строили себе жилье, возделывали землю и трудились на благо колонии, привнося свой труд и знания в общее дело.
От прибывающих не требовали обязательного обращения в культ Богини. Свобода совести оставалась нерушимым постулатом. Вой на прекратила производство и поступление нанококтейля. Люди, подсевшие на него, страдали постнаркотическим синдромом, иногда в тяжелых формах. Мобильные и стационарные госпитали, где работали сестры Лилит, были переполнены страждущими.