Спустя час Дэни входил в строительный офис. Служащие с тревожной радостью встречали его, опасаясь, что главный человек на планете нагрянул с ревизией. Такое время от времени случалось. Улыбаясь и раскланиваясь, Дэни прямиком направился в кабинет Генри.
Став большим человеком, Сигурн не слишком-то изменился. Он был по-прежнему загорелый и стройный, ибо большую часть рабочего времени проводил не за столом, а на строительных площадках. О прибытии начальства Сигурна, само собой, предупредили, и потому он не слишком удивился, когда в его кабинет ввалился старый приятель. Они встретились и крепко пожали друг другу руки. Пережитое сделало этих двух воспитанников сиротского приюта настоящими друзьями. Разделяла их лишь любовь к одной девушке. До сих пор казалось, что шансы у них равны, но теперь Генри предстояло узнать горькую правду.
– С чего это ты решил опять переселиться ко мне? – осведомился Сигурн, намекая на те времена, когда они обитали в одном коттедже.
– Ты не поверишь, но я и впрямь собирался попроситься к тебе, и не только в твой офис, – откликнулся Дэни.
– О Богиня! – притворно вздохнул Генри. – Зачем Ты снова посылаешь мне этого грязнулю!
Глава двадцать шестая. Не отрекаясь от прогресса
По просьбе невесты и в полном соответствии с желаниями жениха обряд бракосочетания не стали превращать в религиозный праздник. Присутствовали только самые близкие. Свидетелем со стороны жениха был Генри Сигурн, свидетельницей со стороны невесты – Илга Бергман. Обряд проводил Омар Хазред, у которого уже был соответствующий опыт, да и сан пресвитера позволял. Молодые соединили руки перед алтарем Богини. Хазредпроизнес напутственную молитву, и Лейла Хазред стала Лейлой Николсон.
После обряда гости отправились на брачный ужин. Пили легкое вино, закусывали рыбой и тушеным мясом. Пели священные гимны и неторопливо беседовали. Отцы новобрачных, как ни странно, нашли общий язык. Дэни до последней минуты не верил, что Десмонд Николсон выберется со своей Сигмы, но это случилось. За день до свадьбы командир патрульного сторожевика флота Мучеников доложил, что к планете приближается частное судно, капитан которого просит разрешения на посадку. Капитаном, а также единственным пассажиром кораблика оказался Николсон-старший.
Если бы не война, прилет Десмонда на свадьбу сына можно было бы считать чисто семейным событием, но Дэни знал, что отец не остался сторонним наблюдателем происходящих событий. Он оказался втянутым в конфликт. Причем научная объективность не позволяла ему выступить на стороне одного из его участников. Будучи всецело преданным науке, неугомонный астроархеолог полагал, что войну можно прекратить, применив оружие, коим не обладают противоборствующие армии. Что это за оружие, он предпочел умолчать. Если бы самонадеянный профессор не был ему отцом, Дэни обязательно сообщил бы о его планах старшему советнику юстиции Сидорову. Стареющему ученому было невдомек, что никакое сверхоружие никогда еще не прекращало войны, а только лишь выводило их на новый уровень. Однако спорить с отцом на эту тему Дэни не стал, он был слишком счастлив.
Счастливой себя ощущала и Лейла. Это было видно по ее глазам. Видя, как они сияют, Дэни корил себя за то, что не решился объясниться с возлюбленной раньше. О том, что их ожидает в будущем, свежеиспеченный супруг не задумывался. Вой на в Галактике только переходилав кульминационную фазу. Боевые корабли флотов Мучеников блокировали Солнечную систему и обороняющие ее правительственные эскадры, но до решающей битвы пока не дошло. Ходили слухи о секретных переговорах между галактической администрацией и Клиром, который управлял боевыми операциями религиозных фанатиков, именующих себя Мучениками. Большинство колонизированных людьми планет уже контролировались адептами культа Великой Матери. Постепенно подавлялись мятежи, инспирированные прежними властями. Сестры Лилит исцеляли раненых и пострадавших. Осиротевших детей собирали в приюты детей Лилит. Разрушенные города восстанавливались.