За ужином присутствовал незнакомый мрачный оберстлейтенант, который сообщил, что Америка объявила войну Японии и что ответный шаг Германии не за горами. Фон Кольб, стало быть, был прав в своих предсказаниях. Интересно, где он сейчас и скоро ли объявится у нас?
20/XII-1941
Слухи о серьёзном поражении вермахта под Москвой получают всё больше подтверждений. На станцию прибыл санитарный эшелон, и со вчерашнего вечера немецкие грузовики непрерывно перевозят туда раненых.
Моё положение делается тревожным: видимо, в ближайшие месяцы с немцами в Москву я не попаду. Если ещё пару дней назад я с нетерпением ждал приезда Кольба, то теперь - внутренне его не желаю, поскольку если штурм Москвы откладывается до лета, то Кольб будет вынужден предложить мне отправиться из Ржева куда-нибудь подальше на запад. Безусловно, Кольб человек умный и понимает, что использовать меня в интересах заурядной разведки бессмысленно, однако здесь, на войне, он не всё решает лично…
22/XII-1941
Авдотья Ивановна пропала. Немцы уверены, что её убили или похитили партизаны. Жалко и несправедливо - ведь от одного того, что она варила немцам щи и жарила гуляш, её нельзя считать предателем. А с какой надеждой она взяла у меня тайком советские деньги!
25/XII-1941
У немцев Рождество, до этого с неделю все разговоры были о том, какое застолье они по сему случаю здесь закатят,- а теперь кроме сухих пайков и шнапса жрать абсолютно нечего! Исчезновение Авдотьи Ивановны разом лишило нас привычной кухни и комфорта, прелесть которых я только теперь по-настоящему оценил.
Тем не менее немцы организовали какой ни есть праздничный стол, выставив едва ли не все свои запасы консервированной свинины, сардин и сварив полный самовар препротивнейшего эрзац-кофе из ячменя. Снова зазвучали глупые тосты за победу Рейха и от меня потребовали высказаться в их поддержку. Я угрюмо ответил, как делал это раньше, что Германия воюет “не с Россией, а с большевизмом”, и потому готов пить только за победу над последним.
Троим эта мысль не понравилась, и они начали кричать, что если бы я видел, что “творят русские на фронте”, то “не смел бы так говорить”. Ну а я, также изрядно выпив, взбеленился и пошёл на обострение, заявив в ответ, что если за этим столом намерены пить за победу над Россией, то пусть перед этим меня застрелят, поскольку я продолжаю считать себя частью своей страны.
Кто-то начал на меня орать, ситуация стала выходить из-под контроля. Тем не менее нашлось несколько офицеров, которые решили встать на мою сторону, заявив, что “на русских надо не кричать, а учиться”. Возможно, декабрьское поражение вермахта под Москвой начало действовать отрезвляюще.
К счастью, инцидент быстро забылся, поскольку скоро все наклюкались более чем капитально. Вернувшись с застолья, я проспал до одиннадцати - и обнаружив, что в комнате есть свет, который в последнее время по ночам стали отключать, решил немного позаниматься дневником.
26/XII-1941
Один из тех немцев, которые вчера были не прочь меня растерзать, за завтраком подошёл и принёс извинения. Я ответил, что “по старой русской привычке зла не держу”.
Любопытно, что я, космополит, выросший в интернациональной семье, оказавшись на оккупированной территории, всё чаще и всё полней начинаю осознавать себя именно русским человеком.
Заодно немцы всё меньше мне нравятся и уже скоро, наверное, я совсем не смогу их переносить.
Все судачат, что после нового года Красная Армия возобновит наступление, и тогда Ржев окажется на направлении удара. Мне постепенно начинают передаваться всеобщие обеспокоенность, нервозность и чемоданные настроения.
Поскольку мой полковник пропал, я решительно не знаю, что делать. Эвакуироваться из Ржева с немцами означает, что на моих планах надолго, если не навсегда, будет поставлен крест. Сбежать отсюда и пробираться к своим через фронт - затея фантастическая и убийственная, поскольку прежде пули часового меня укокошит жуткий мороз.
Посему жду, как манну, небогатого ужина, когда снова появится возможность выпить и хоть немного отвлечься от этих раздирающих сознание мыслей.
29/XII-1941
Сегодня впервые слышал орудийную канонаду - по всему выходит, что линия фронта приблизилась, и сражения идут совсем близко. Видимо, новогоднее затишье отменяется.