Потрясённый услышанным, Алексей долго не решался ответить, а после затянувшегося молчания - не нашёл ничего лучшего, как достать со дна сумки пистолет с предложением забрать его: “Возьмите, может пригодится…”. Водитель поблагодарил, но отказался от подарка, заявив, что “пули им мало” и что он согласен на любые муки ада в обмен на возможность собственноручно растерзать плоть негодяев “самим лютым чином”.
В ответ Алексей сказал, что в таком случае он хотел бы от этого оружия избавиться в подходящем месте. Водитель понимающе кивнул, и когда они проезжали по мосту через Днепр, то притормозил на несколько секунд, чтобы Алексей смог выбросить завернутый в пакет ствол в тёмные молчаливые воды. А затем, на выезде из Кременчуга, он неожиданно остановился возле придорожного кафе, предложил поесть.
Время приближалось к вечеру, поэтому от ужина Алексей не стал отказываться. Однако каково же было его удивление, когда вместо ожидаемой минералки водитель принёс бутылку водки, молча наполнил два полных стакана, и не проронив ни слова, почти залпом осушил свой. Позже - видя, что Алексей со своим стаканом не справляется, долил себе большую часть остатка и вновь, не поведя ни единым мускулом, употребил всё до последней капли.
Выпитые шофёром более чем триста пятьдесят граммов совершенно не сказались на способности управлять автомобилем. Он продолжал вести машину бодро, чисто и скоро, не вызывая у дежурных на постах дорожной милиции ни малейших подозрений. Не было и необходимости занимать его разговором, чтобы не дать уснуть. “Der alte Racher - das ist der Mann! [“Этот старый мститель - вот это Человек!” (нем), парафраз известного высказывания Бисмарка о Дизраэли: “Der alte Jude, das ist der Mann!”]” — неожиданно пронеслось в голове. Проводя остаток пути в грустном молчании, Алексей не мог не поразиться его невероятной воле, напоминавшей не былинного, а от лихой и жестокой судьбы взращённого богатыря, вобравшего солёную горечь иссушённой южной земли и твёрдость днепровских скал. Заодно он успел ненароком пожалеть мотающих в тупом неведении свои сроки убийц, ибо в их последующей незавидной судьбе после услышанного и увиденного было трудно усомниться.
На прощание немногословный водитель сделал Алексею поистине королевский подарок - подвёз к дверям небольшой гостинчики, расположенной на объездном кольце за Кировоградом. “Тут не треба документов”,- понимающе сообщил он при расставании. У Алексея после бессонной ночи и стакана водки сильно кружилась голова, и едва он ступил в свой крошечный номер и затворил дверь, как сразу же рухнул на кровать, так и проспав, не раздеваясь, до позднего утра.
Наутро спустившись к хозяйке постоя, чтобы расплатиться, он попросил её вызвать такси, поскольку намеревался купить в городе смартфон с местным номером. Та сразу же предложила услуги своего племянника - “молодого, але досвідченого водія [молодого, но опытного водителя (укр.)]”. Племянник приехал на стареньком “опеле” буквально через минуту, и оказался не просто молодым, а совершенно юным и даже едва ли достигшим совершеннолетия домашним мальчиком. У него было правильное и красивое лицо с уложенной посредством плойки причёской и по-детски округлые, живые глаза. Весь его опрятный вид с застёгнутыми пуговицами и особенно с аккуратно закреплёнными вдоль брючного ремня непонятного назначения миниатюрными навесиками и подсумками из новенькой замши производил впечатление собранности и влюблённости в порядок.
Купив смартфон и активированную на чужое имя симку, Алексей первым же делом загрузил карту местности и проложил завершающую часть своего маршрута. Требовалось ехать на Винницу, до которой было не менее четырёх часов пути,- а после проведённой в комфорте ночи и завтрака в городском кафе с непревзойдённой жареной домашней колбасой и свежайшими сырниками мыкаться на перекладных не хотелось.