Алексей решил, что доберётся во Львов на этом автобусе, и направился было на посадку, однако остановился, вынужденный пропустить вперёд двух толстых селянок с неимоверным количеством поклажи. Водитель требовал перенести тюки и клетку с кроликом в багажное отделение, селянки упирались, и в результате у входной двери образовался небольшой, но шумный затор.
Алексей сделал несколько шагов в сторону, поставил на землю сумку и стал дожидаться, когда проблема будет разрешена. В этот момент рядом с ним притормозила красивая машина ярко-алого цвета, и он услышал обращённый к нему весёлый женский голос:
— Будемо іхати на Львiв чи нi? [Поедем на Львов или нет? (укр.)]
Алексей наклонился - и увидел за рулём очаровательную молодую даму лет не более тридцати пяти с роскошными светло-золотистыми волосами и глазами небесно-синего цвета.
— Oczywiscie [конечно (польск.)]!— ответил он по-польски, решив продолжить играть роль “интуриста”, и залез в машину.
Поскольку польским языком Алексей владел весьма посредственно, в общении с незнакомкой он сразу же озаботился тем, чтобы поскорее перейти на французский. И если та откажется - вернуться к русскому как испытанному средству межнационального диалога. Каково же было его удивление, когда дама, не успев толком отъехать от вокзала, спросила безапелляционным тоном:
— Ты из России?
— Отчасти,— ответил ошарашенный Алексей.— А как вы узнали?
— Не вы, а ты. А узнала просто - поляк ни за что бы не поехал, не узнав цену. Только одним русским на цену наплевать,— заключила она, протягивая Алексею визитную карточку: “Влада Москалец. Директор салону краси”.
Алексею тоже пришлось себя назвать.
— И много в этих краях бывает русских?— поинтересовался он, решив более не скрываться.
— Сейчас немного. Поэтому каждый на виду. А ты сам чего у нас забыл?
— Еду развеяться в Европу, по пути решил на Украине знакомых проведать.
— Не “на”, а “в” Украине теперь твои знакомые. Ладно, не обижайся. Доберёшься до Львова, а там как думаешь через границу?
— На автобусе или поезде.
— Не советую тебе ехать через Львов. Пограничники там лютые.
— Мне про львовских гаишников такое же говорили…
— А я про пограничников говорю!
— А как тогда иначе?
— Иначе надо через Самбор, там спокойный переход. Я, кстати, сама тоже в Самбор еду. Найдёшь в Самборе таксиста с польской визой, если нужно - он тебя хоть до Кракова домчит.
— Понял. В Самбор - так в Самбор.
Влада вела машину красиво и быстро. Через приоткрытое боковое стекло врывался свежий ветер, развевая её густые волосы и наполняя всё пространство вокруг ароматом духов и пьянящим запахом ухоженного женского тела. Алексей понял, что угодил в авто местной бизнес-леди. В России подобные ей рассекают на огромных внедорожниках ценой за пять миллионов, здесь - всё то же самое, только скромнее масштаб, машина пусть и ладная, но отнюдь не новая, и едва ли цена такой в Москве превысит тысяч семьсот. А у избалованной женской плоти желания одинаковы везде. Интересно, что она думает о нём и зачем взялась подвезти? Заприметила молодого статного красавца с не самым глупым выражением на лице - и решила прихватить с собой, чтобы развеяться? В другое время он сам бы был не прочь, но вот только не сегодня, когда едва ушёл от приключений… Эх, зря соблазнился, на автобусе с колхозницами надо было бы ехать!
Совсем скоро его очевидная догадка подтвердилась. Хозяйка салона красоты спросила, не собирается ли он задержаться в Самборе.
Алексей ответил, что ввиду близящегося вечера он предпочёл бы поспешить с такси, чтобы успеть добраться до Кракова.
— И ничего не скажешь мне, кроме спасибо?— с наигранной интонацией поинтересовалась Влада, не отводя гордого взгляда от летящей впереди дороги.
Эти слова, в которые бизнес-леди, очевидно, стремилась вложить всё своё обаяние и силу, показались Алексею вымученными и неуместно-простыми. Но он не хотел ставить свою случайную знакомую в неловкое положение, вынуждая демонстрировать провинциализм. Поддерживать подобный разговор тоже смысла не имелось, и Алексей решил расставить точки над украинскими “i”.
Вместо ответа он попросил остановить машину. Влада изумилась и, похоже, была близка, чтобы выйти из себя,- однако просьбу всё же исполнила.
— Я не знала, что у в вас в России принято трахаться прямо посреди дороги! Между прочим, под Самбором у меня загородный дом, и я еду туда,— заявила она, отстегнув ремень и развернувшись к Алексею со смесью досады и гордости.