— Ты забываешь, что передача векселей произошла только при последнем Романове. Да и то - он не решился воспользоваться этими богатствами сам и отдал в управление доверенному промышленнику, который также не успел их толком ввести в оборот… А вот что мы реально получили от наших западных, так сказать, родственничков - так это обязательство умирать за их интересы на кровавых полях Галиции и в прусских болотах. А чуть позже - под Москвой и Сталинградом, не так ли, Василий Петрович?
Петрович ничего не ответил, зато Мария, словно ни в чём не бывало, продолжала:
— Всё равно тебе спасибо! Ты уже ответил на мой вопрос и успокоил меня.
— За что спасибо, чем я мог тебя успокоить? Ты же продолжаешь волноваться!
— Успокоил, рассказав про Меровингов и Старую Ладогу. Я бы сама ни за что не догадалась! Теперь, благодаря твоему открытию, всё сходится, слава Богу. Значит, мы - не нахлебники, а законные владельцы. Поэтому у нас, в нашем с тобою деле, всё обязательно получится! Мы вернём наше законное сокровище, и Россия просияет!
— Я очень буду этому рад,— ответил Алексей, продолжая чувствовать себя немного ошарашенным.— Но позволь, неужели вся эта древняя затея была столь изощрённо придумана лишь для того, чтобы наша страна, как ты говоришь, однажды просияла? Кто был способен столь прицельно спланировать события на века вперёд?
— Всё дело в святой крови! Да и ты сам с Петровичем - как это так вы смогли воскреснуть из сорок второго года живыми, здоровыми и молодыми? Понимаешь? Всё ясно, всё ясно теперь!
— Маша, успокойся. Ты же знаешь, что я всё-таки атеист, хотя за церковью многое признаю… Нужно искать рациональные объяснения, иначе мы забредём невесть куда.
— Не надо ничего искать, теперь всё, всё ясно!
Алексей устало и отчасти хмуро взглянул на Марию, затем - на Бориса с Петровичем. После, немного помолчав, сообщил спокойным и ровным голосом:
— Я всё-таки не способен жить фантазиями. Поэтому из всего того, о чём мы говорили, я вижу лишь одно рациональное объяснение. Лишь одно. В сундуках действительно находилась информация о будущем. О будущем нашей страны, о будущем Франции, о будущем Америки, о которой определённо знали ещё до Колумба, - одним словом, о будущем нас всех. Я уже говорил, что тот, кто владеет такой информацией, может предугадывать события и потому - зарабатывать на каждом повороте и витке истории, включая войны и катастрофы. Однако в мистику я не верю. Просто вся эта будущая история была написана, скорее всего, для того, чтобы у будущего не имелось других вариантов. Понимаете? Грамотно составленный прогноз становится безвариантным! И потому все эти угодившие на нашу землю тамплиерские сокровища - не благо, а проклятье, поскольку мешали и продолжают, возможно, мешать нам развиваться так, как нам бы хотелось самим, как нам предопределено природой, разумом и даже - не стану здесь сильно спорить - самим Господом Богом, если, конечно, он существует. Вот, если хотите, моя точка зрения и моё credo.
Воцарилась тишина.
— Давайте продолжим дискуссию дома,— негромким голосом предложил Борис.— В сумерках здесь как-то неуютно находиться… Да и те гопники, гляди, ещё припрутся с подкреплением или с ментами, а у тебя, Петрович, в сумке - незарегистрированный боевой автомат.
— Из “Детского мира”.
— Как из детского?
— Купил утром игрушку в подарок. У чеченца Шамиля, который заведует тракторами на нашей ферме, растёт маленький пацан. Вот и решил ему привезти сюрприз - пусть поля сторожит.
— Ну ты, Петрович, даёшь! Просто артист! Но тогда, коль скоро мы безоружны, нам следует поскорее сматывать удочки.
— Думаю, что Борис прав,— согласился Алексей.— Мы и в самом деле засиделись.
— Так что же - мы отказываемся от наших планов?— с грустью произнесла Мария, укладывая остатки пиршества в мусорный мешок.
— Отчего ж? Коль скоро нам выпала эта работа, то мы её сделаем, как и любую другую. Не надо только заранее обожествлять результат и строить воздушные замки - в этом случае успеха точно не видать.
— Согласен,— подтвердил Борис.— Правда, мы увлеклись историей и кое-что забыли обсудить.
— Что именно?— поинтересовался Алексей.
— Как и где искать ключи к главной части Фонда, которые, если верить Фатову, должны находиться в России?
— Да, ты прав, мы преуспели в доказательствах реальности того, что, в общем-то, для нас и так реально, и при этом упустили главное. Банкир в Монтрё при расставании сказал, что вторые ключи были у Христиана Раковского, осуждённого за участие в правотроцкистском блоке.