- Свершилось!
Обычно этим возгласом заканчивались храмовые службы, а тут все только начиналось. Но народ радостно его поддержал и над Площадью пронесся многоголосый рев: «Свершилось!». Дав народу выплеснуть первый всплеск эмоций, Светлейший прижал руки к груди, и заговорил густым проникновенным голосом. Ринк, слушая его речь, мысленно вставлял свои комментарии.
- Полгода жители нашего королевства по велению своих сердец трудились над украшением храмов («О, как!»). Вкладывали в свой труд душу, не жалели сил и времени («а про деньги чего не сказал?»). Их свершения достойны войти в историю Храма и королевства отдельной строкой. Смотрите, как это было, и передайте своим потомкам свидетелями чему вы стали.
Светлейший отошел в сторону, а на фоне отполированного вчера Ринком задника сцены стали мелькать картины. Сначала появился преображенный храм в Кырыме, за ним изображение Кирлена приклеивающего кусочки цветного стекла к мозаике, замелькали сюжеты из разных мест. Из городских храмов и сельских часовен. И везде трудился народ. С просветленными лицами они оттирали копоть на стенах, отмывали храмовые статуи, восстанавливали витражи, ремонтировали скамьи, и прочее и прочее. Даже утоптанные до состояния улицы каменные полы отмывали с сиянием в глазах.
Понаблюдав немного за сменой сюжетов, Ринк стал вертеть головой. Всем ли видно? Обернувшись, он увидел, что для дальней половины площади проекция идет прямо на облака. Там она выглядела несколько размытой. Никого это не смущало. Все следили за происходящим затаив дыхание. «Никто не уйдет обиженным! - цинично подумал Ринк. – Да что это со мной такое? В кого я превращаюсь? Как жить, если ни во что не верить?». И тут ему вспомнился один из разговоров с Учителем, происходивший за игрой в ретаргу. «Нет, - сказал Ястреб. – Когда ты узнаешь все возможности поля, игра не потеряет свой интерес. Просто ты перейдешь на другой уровень с другими возможностями и задачами».
«Наверное, я просто взрослею, - вздохнул про себя Ринкар, - а сейчас у меня трудности с переходом на другой уровень. Тоже мне трудности!» – легкомысленно отмахнулся он от своих мыслей и повернулся к сцене. Народ взревел, приветствуя короля, вышедшего в центр сцены. Кирлена, двухметрового блондина с яркими голубыми глазами, в народе очень любили.
- Сокретцы! – народ притих, внимая откровениям монарха. – В трудах по устроительству храмов участвовали все сословия нашего королевства. Вы доказали, что можете быть не только рядом друг с другом, но и вместе. Наша сила в единстве! Помните об этом!
Народ совсем уж возбудился, и бушевал, пока Велтар не стукнул своим «легендарным» посохом.
- Сегодня мы собрались, чтобы отметить самых достойных, - объявил Светлейший.
Отмечать начали с низшего сословия. На сцену поднялись селяне, которым вручили по десять золотых. Для них немалые деньги. Селяне кланялись в землю и пытались что-то говорить, но их быстро отправили обратно. Нечего время тянуть. Сидячих мест на площади ни одного, все на ногах стоят, а ноги уже уставать стали. За селянами вышли мастеровые, купцы и прочие горожане. Им вручили какие-то грамоты. Ринк в это время отвлекся и не уловил, в чем там суть. А вот с именитыми Светлейший остроумно придумал. Им «даровали право». Все они были признаны почетными послушниками Храма и могли стоять на службах в первом ряду в послушническом облачение (пошитом за собственный счет).
Еще всем награжденным без исключения вручили простенькие эмблемы – круглые пластинки с изображением Небесной Семьи и указанием года внизу. Ринка пробило на смех: «Ай, да Светлейший!». Раз год указан, значит, он собирается повторить украшение храмов за счет прихожан, или вовсе сделать его регулярным. Что касается самих эмблем, традиция допускала их замену в храмах на подобные, изготовленные по личным заказам владельцев и за их счет, из любых драгоценных металлов и камней.