- Убедительный аргумент, - рассмеялся Ястреб. – Сотрудников я отберу сам.
- Наведайтесь в КУШ, ваша светлость, там ведь не одни дармоеды обитают. Кстати, там и помещение для Комиссии найдется. Позже решим, нужно ли что-то другое.
- Директору КУШ подчиняться не буду, - фыркнул Ястреб.
- Кто бы сомневался, - хмыкнул король. – Вы сами назвали дело «государственным». Могу я надеяться на согласование ваших разработок со мной?
- Как же без тебя, наше величество, - нагло заявил Ястреб поднимаясь. – Некогда мне тут с вами. У меня в замке двое учеников, семнадцать бездельников-магов и фанатик математик. Надо поспешить. Прощайте.
- Он изменился, - сказал Кирлен, когда за Ястребом захлопнулась дверь кабинета. – Шуточки, показная наглость… Я это еще на Приеме заметил.
- Это прошедшие десять лет, он был не похож на себя. Затворник-ученый, мизантроп, - усмехнулся в усы Велтар. – Сейчас в нем все ярче проступают его истинные черты. Знаете, ваше величество, Бриан всегда был романтиком и, кажется, даже рабство у длинноухих не изменило его до конца. Не удивлюсь, если узнаю, что он так долго там пробыл потому, что ему хотелось все изучить или он ухитрился влюбиться… Но, не обольщайтесь, легко и раскованно он ведет себя лишь с теми, кому решил доверять. Цените его доверие. Наглость? Это общая черта Пограничных, наверное, переданная им по наследству от Девяти. А еще Бриан очень увлекающаяся натура. Стоит идее его заинтересовать…
- Даже если это не касается магии?
- В магии, ваше величество, он познал столько, что отыскать там что-то новое для него почти невозможно.
- А как же его месть длинноухим? Он ведь оговорился, что так и не нашел средство, которое разыскивал десять лет.
- Думаю, он нашел нечто более интересное, чем сейчас и занят. А месть? Месть обязательно состоится. Уверен, она будет феерической. Стоит только вспомнить Степь…
- О Степи не надо! - рассмеялся король. - Я слышал семьдесят семь вариантов этой истории.
Глава 7.
Глава 7.
За окнами идет дождь, выстукивая каплями по стеклу мелодию осени. Ветер подхватывает дождевые струи, меняя их ритм, то ускоряя до тревожно-отчаянного, то замедляя до тягуче-монотонного. В гостиной, которую слуги прозвали «нежной» разливается мягкий свет магических светильников, поблескивает перламутром отделка шкафчиков с причудливыми статуэтками экзотических животных, выточенными из кости и драгоценных камней. Переливается обивка на мебели, переходя из тона в тон пастельными оттенками радуги.
Рядом со светильником на длинной изящно изогнутой подставке сидит за пяльцами маркиза Элора Герфан и с задумчивой улыбкой на лице вышивает узор белым шелком по белому батисту. Время от времени она поглядывает на собравшихся здесь обитателей замка. Метталин сидит за столиком с мэтром Таграном, который чертит на листах геометрические фигуры и тихим голосом, стараясь сдерживать бушующие в нем эмоции, объясняет что-то ученице Магистра.
Сам Магистр вальяжно разместился в кресле у низкого овального стола, на котором кипит битва. Его фигуры сражаются с фигурами Ринкара, в сложной игре-стратегии с магическими эффектами. Ринк, в отличие от Учителя, постоянно нависает над своими фигурами и время от времени издает горестные звуки из-за неудачного хода или попадания в очередную ловушку.
Амрания устроилась на диване позади игрового стола рядом с большим коробом с отодвинутой вбок крышкой наполненным игровыми фигурами. Она их рассматривает и протирает замшей, как бы ненароком выставляя сильных игроков на крышку, откуда их утаскивает Ринкар. Магистр демонстративно не обращает на это внимания и если ему самому требуется фигура, нужная просто вылетает из короба сразу на игровое поле. Вдруг раздался хлопок и над столом вспыхнули звездочки.
- У-у-у! – издал разочарованный вопль Ринк. – Как же так? У меня же в прошлый раз там стоянка была и ничего, а сейчас вся конница в пыль.
- Шесть ноль, - объявила Амра.
- Я весь последний год на выигрыши в ретаргу жил, - не унимался Ринк. – Учитель, может у вас поле сбоит?