-Ох, малышка, - замурлыкал Седрик, и запустил под юбку Вель вторую руку. От отвращения ее заколотило. Было ощущение, что по ноге ползет ядовитая многоножка, которую невозможно сбросить. Тело Вель покрылось мурашками, так противно ей еще никогда не было.
А Седрик не унимался. Он был в полной уверенности, что от его прикосновений она возбуждается также как и он; не зная или не понимая по своей тупости, по своей глупости, что такие игры, вызывают и усиливают желание близости, только когда физическое влечение уже существует, сдерживаемое робостью, скромностью, стеснительностью или какими-то моральными путами. Если такого влечения нет, то такие прикосновения вызывают тошнотворное отвращение и ничего больше. Именно это чувство они и вызвали у Вель. Ей было настолько плохо, что, оценив ситуацию, и поняв, что сейчас никто не поможет, она решила дать ему отпор.
Весь план Седрика строился на том, что Вель, боясь потерять равновесие на хлипкой лестнице, неподвижно замрет, позволяя ему делать со своим телом, все, что ему заблагорассудится. Но, именно в этом, он жестоко просчитался.
Вель сама поражалась своему умению балансировать на самых неустойчивых поверхностях, она легко могла стоять, даже на одной ноге, на самых тонких ветках, едва удерживающих ее вес.
Вот и теперь; она осторожно приподняла левую ногу, одновременно разворачивая стопу правой по всей длине ступеньки, чтобы не нарушить балансировку лестницы, при этом легко удерживая равновесие, а потом, без размаха ударила левой пяткой Седрика в лицо, очень удачно, попав в нос. Седрик отлетел на два метра, и свалился, оглушенный падением.
Его счастье, что на лестнице Вель стояла босая, иначе простым ушибом он не отделался бы. Вель быстро спустилась вниз и побрызгала на него из чашки, приводя в чувство. С удивлением заметив, что не пролила на кровать ни капли.
Теперь с ненавистью Седрик смотрел уже на Вель, и этот взгляд ничего хорошего не обещал.
Ч. 2 Гл. 15
Глава 15
Вель рассказала Селисии, что произошло в спальне Варианны. Рассказала, с какой злобой и ненавистью смотрел на нее Седрик. Селисия хорошо знала брата, и как бы ей не хотелось, чтобы Вель оставалась с ней, обе понимали, что это уже невозможно. Вель должна бежать, причем немедленно, в ближайшие дни. Но неожиданно все изменилось. Как ни странно, благодаря Варианне.
Буквально на другой день после случая с Седриком, баронесса вызвала Селисию в свой кабинет. Такое приглашение, да еще переданное личной горничной, самым доверенным лицом Варианны, ничего хорошего не сулило. С беспокойством в сердце Селисия отправилась на встречу с матерью.
- Собирайся, - резко приказным тоном сказала баронесса, - через два дня ты уезжаешь.
- Куда? – с дрожью в голосе спросила Селисия.
- Сначала в столицу, потом в свой замок, - и глядя на побледневшее от испуга лицо дочери, нехотя стала рассказывать: - Я написала письмо королеве Аннабель, еще в первые дни после твоего приезда.
- Зачем? – только и смогла вымолвить Селисия.
- Я попросила ее о помощи. Написала, что с тобой случилось, написала, что твоего мужа убили неизвестные разбойники, а дом разграбили и разорили. Написала, что тебе едва удалось сбежать с малолетними детьми. Написала, что твоя старшая дочь убита любовником…
- Не любовником, - резко перебила Селисия свою мать, - а герцогом.
- Нет, о герцоге я твои домысли и сплетни, полученные неизвестно от кого, сообщать не стала. И чтоб ты знала: я не верю ни одному слову из этих россказней! Герцог де Ладуэрт знатный и благородный вельможа, приближенный к трону. Его уважает, его мнению доверяет сама королева Аннабель! И чтоб я больше не слышала, как ты порочишь и унижаешь этого человека! Кстати, чтоб ты знала. Королева мне написала, что о том, как тебе помочь, она советовалась, именно с герцогом, поскольку твой муж являлся его вассалом. Герцог де Дадуэрт принял к сердцу твои беды, глубоко сочувствуя твоему горю. Королева пишет, что он выбрал тебе в мужья благородного и честного человека, который станет твоей опорой и возьмет на себя все заботы о замке и землях, - Селисия в ужасе отшатнулась:
- Мама! Это герцог послал людей убивших моего мужа, я едва убежала от них, и ты хочешь, чтобы я добровольно вернулась в капкан, из которого вырвалась?!
- Не мели ерунды! – злобно прикрикнула на дочь Варианна, - Герцог де Ладуэрт лично поведет тебя к алтарю, и это будет самая прочная гарантия твоей безопасности!
- Но…но, - Селисия не могла найти аргументов, чтоб отказаться от навязываемого брака, - но, траур еще не закончен. Выходить замуж до окончания траура недопустимо! Меня все осудят!
- Да брось ты, - небрежно махнула рукой Варианна, - тоже мне сокровище - муж-бандит, за ним и плакать не стоит. К тому же пока доедешь до столицы, пока доедешь до своего замка, пока будет идти подготовка к свадьбе, вот год и пройдет.
- Муж-бандит? – Селисия глянула матери в глаза, она никогда не упрекала ее, что замуж ее выпихнули за такого недостойного человека, но сейчас насмешка Варианны над ее мужем резанула по сердцу, - А зачем, же тогда вы выдали меня за него замуж, если знали, что он бандит? - Баронесса не сочла нужным отвечать на этот вопрос, но Селисия больше об этом не думала, судьба ее мальчика, вот что ее беспокоило.
- Мама, ты же понимаешь, что за жизнь Кевина, в случае моего повторного брака, никто не даст и ломаного гроша? - Варианна вздохнула, несомненно, она это понимала.
- Успокойся Селисия. Королева написала, что мальчик с тобой в замок не поедет. Он станет пажом у одной из фрейлин королевы. Она не замужем и бездетна и полностью возьмет на себя все затраты на его воспитание. Когда он вырастет, станет офицером, о его будущем она позаботится.
- То есть у меня отнимут сына и отдают другой женщине? – в ужасе закричала Селисия.
- Это единственный выход в такой ситуации, - холодно подтвердила ее слова баронесса.
- Мама, но вы могли бы оставить Кевина здесь!
- И что дальше? Здесь у него не будет ни денег, ни поместья, а в столице он получит и воспитание, и положение в обществе…в общем, разговор окончен, если ты такая дура и не понимаешь, где твоему сыну лучше, то я больше не желаю с тобой разговаривать! – Варианна замолчала, но вдруг вспомнила, что еще было в письме.
- Королева предупредила, что фрейлина никогда не имела детей и не знает как с ними общаться, поэтому на первое время она просила, чтобы с Кевином побыл кто-то из знакомых ему людей. Я думаю, что твоя разлюбезная Вель, может с ним пожить, месяц или два, пока Кевин освоится и привыкнет к новому дому. Кстати, - при этих словах голос Варианны стал до невозможности ядовитым, - насчет твоей воспитанницы. О ней я тоже написала. Герцог был безмерно удивлен, поскольку, будучи хорошо знаком с бароном ни о каком погибшем друге, а тем более ни о какой воспитаннице и слыхом не слыхивал. Но поскольку у него нет оснований не верить твоим словам, - баронесса испытывающее посмотрела на побледневшую дочь, понимая, что в отношении этой девушки существует какая-то тайна или недоговоренность, о которой дочь умолчала, и выведать которою Варианне не удалось, - любезно согласился подыскать мужа и для Вель среди своих подданных, тем самым, забрав груз ответственности за нее, с твоих плеч. - На негнущихся ногах, Селисия пошла сообщать Вель и детям новость, которая так круто меняла им жизнь.