Лошади паслись около озера, так, что украсть лошадь она смогла без проблем. Все вещи оставила в палатке, чтобы не вызвать никаких подозрений. Вместо себя оставила скрученные тряпки, накрыв их покрывалом, и никем не замеченная, покинула пределы лагеря. Она знала, где ей укрыться, пока Ладуэрт будет рыскать по окрестностям в поисках ее. Здесь был ее дом целых тридцать лет, здесь она знала каждый укромный уголок, и не сомневалась, что сможет сбежать от герцога. Сначала она ехала той же дорогой, по которой они ехали к сгоревшему дому. Следы двухсот лошадей отлично маскировали и ее следы. Потом она поднялась на скалистый уступ горы, ведя за собой коня в поводу, потом спустилась в небольшую долину, о существовании которой люди герцога и не подозревали, потом поднялась еще на одну гору, и застыла… На всем пространстве, сколько видел глаз, горели небольшие костерки, разожженные столь мастерски, что дыма от них совсем не было заметно. Вель в страхе стала считать: один, два, три, десять, пятьдесят. Если представить, что около каждого костра было минимум десять человек, то получалось где-то около тысячи. Тысяча воинов, идущих следом за ними! В том, что они шли за ними, или наоборот, ждали, когда отряд Ладуэрта будет возвращаться назад, Вель не сомневалась. Как не сомневалась и в том, что эти воины ждут герцога не для того, чтобы выразить ему свое восхищение, а для того, чтобы убить.
Вель не раздумывая ни секунды, развернула лошадь, и той же дорогой, что добиралась сюда, вернулась в лагерь Ладуэрта. И снова, неслышно проскользнув в его палатку, прикоснулась рукой к его щеке. Только в этот раз Ладуэрт вместо того, чтобы грубо схватить за руку, мгновенно подмял ее под себя и шепнул ей в ухо счастливым голосом:
- Ты все-таки меня любишь! Ты хочешь быть со мной!
Ч. 3 Гл. 15
Глава 15
На секунду Вель расслабилась, не пытаясь вырываться из его рук. Она не понимала себя, у нее было такое чувство, что она вернулась после долгой разлуки, хотя, ни герцог, и никто в лагере даже не заметили ее отсутствия. Ладуэрт сразу ощутил, это ее другое к нему отношение, он стиснул ее в обьятиях, и замер на несколько секунд, просто наслаждаясь ее близостью. Но когда он потянулся к ней за поцелуем, Вель закрыла ладонью ему рот и тихо взволнованно зашептала:
- В часе езды отсюда, разбит лагерь. Примерно, тысяча воинов. Ведут себя очень осторожно. Думаю, они идут за вами, или ждут, когда вы будете возвращаться. - Ладуэрт замер, ему хватило этих слов, чтобы сразу оценить ситуацию, потом он быстро поцеловал Вель в висок и выскользнул из палатки, а уже через минуту лагерь пришел в движение, причем не раздавалось ни громного звука, и не вспыхнуло ни одного дополнительного огонька. Быстро свернули палатки, быстро собрали и упаковали все вещи. Через полчаса все были готовы. Вель подошла к Ладуэрту.
- Вон там в скалах, - и она показала рукой на обрывистые утесы, что, находились, примерно, в миле от лагеря, - есть проход. По нему смогут пройти даже лошади, предлагаю отправиться именно туда. - Граза герцога сверкнули благодарностью, он на секунду прижал ее к себе, и дал сигнал к началу движения. Вель повела отряд. Расщелина между скал оказалась, действительно просторной, и по ней вполне можно было провести лошадей. Небо стало сереть, темнота отступала, скоро должно было взойти солнце. Вель с тревогой смотрела на восток, понимая, что на счету каждая минута, но люди могли двигаться только цепочкой, быстрее идти было просто невозможно. Ущелье длиной было больше трех километров, и если преследователи застанут их, то лучше ловушки нельзя и придумать. Их всех перебьют, как мух. Но Вель не хотела думать о плохом. Она старалась быстро подсчитать, сколько у них есть времени. Пока преследователи доберутся до места их бывшей стоянки, пока догадаются, куда они делись, пока организуют погоню. Взбираться на отвесные скалы не так-то легко. По всему выходило, что надежда на спасение есть. Вель беспокойно наблюдала, как один за другим всадники исчезают в ущелье. Ладуэрт почему-то не торопился следовать за ними, Вель не понимала, почему он медлит, и постоянно посматривала на него в страшном нетерпении, стоя рядом с лошадью, и, готовясь в любое мгновение вскочить в седло. В какой-то момент Ладуэрт перехватил ее взгляд, как-то грустно усмехнулся, а потом, схватив за руку, почти силой потащил в сторону густых зарослей. Когда кусты заслонили их, он прижал ее к стволу ближайшего дерева, и ничего не объясняя, жадно впился поцелуем в ее губы. И был этот поцелуй не страстным, не возбуждающим, а каким-то... горьким. Словно Ладуэрт прощался с ней, прощался навсегда. Вель так поразилась ощущению безысходности, которое она почувствовала, что даже не стала сопротивляться этим поцелуям. И тогда он шепнул: