- Я отпускаю тебя...
- Что? - не поняла Вель.
- Я ТЕБЯ ОТПУСКАЮ, - четко разделяя каждое слово, повторил Ладуэрт. - Ты не хочешь быть со мной... не хочешь, - медленно и тоскливо сказал он. - Ты не хочешь быть рядом со мной, чтобы я не делал, как бы я не старался. - Вель на секунду показалось, что он говорит сам с собою, просто констатируя факты и, расписываясь в собственном бессилии, что-либо изменить. - Ты же хотела от меня убежать, ведь так? Ты потому и увидела тот отряд, что бросила меня, сбегая, - Вель молчала, не зная, что ему ответить. Врать не хотелось, а сказать правду в такой момент ей показалось жестоко. Но герцогу не нужны были ее слова, он и так знал правильный ответ, вот только расстаться с Вель было очень трудно. Но он смог взять себя в руки. Тыльной стороной ладони еще раз погладил ее лицо, потом несколько секунд перебирал пальцами пряди волос, словно хотел запомнить это ощущение. - Бери лошадь, запас еды и уезжай, - тихо сказал он. - Они пока еще не заметили нашего маневра, думаю, несколько часов у тебя в запасе есть. Отправишься на северо-запад. Будешь искать крупный порт. Спрашивай осторожно, лучше хозяев гостиниц, это безопаснее. Будешь ждать или искать корабль. Вот тебе деньги, - с этими словами он сунул ей в руку увесистый кошелек, - но, на всякий случай возьми и вот это. - Ладуэрт снял три перстня, что украшали его пальцы, сорвал с шеи медальон и поотрывал золотые пуговицы, которыми была украшена его куртка. - Помни меня, я очень прошу, помни, - едва слышно, сказал он. - Ты мне обещаешь? - Его слова были такими безнадежно горькими, что у Вель сдавило горло от подступивших слез. Ладуэрт развернулся и быстро пошел к своим людям. Вель села на лошадь и помчалась прочь.
Ч. 3 Гл. 16
Глава 16
Она гнала и гнала коня с каждой минутой, удаляясь все дальше и дальше, и от герцога, и от своей прежней жизни. Чтобы не столкнуться с преследователями Вель пришлось делать огромный крюк, обходя их по огромной дуге. Она ехала вперед и вперед, ни разу не оглянувшись назад, потому что знала, что если оглянется, то вернется. Как же это было мучительно. Чтобы не думать о Ладуэрте, Вель старалась представить, что ждет ее дальше. Вот доберется она до порта. Ладуэрт сказал, что портовый город должен быть очень крупным. Что дальше? Документы, какие никакие у нее есть, вот только будут ли они иметь силу в другой стране? Как она будет разговаривать, не зная языка, как объяснит, куда ей надо плыть и главное зачем? А подобные вопросы ей наверняка будут задавать. А если она встретит мошенников или работорговцев? В соседних странах работорговля процветала вовсю. Вель стало страшно. И тут такая злость, такая обида на герцога всколыхнулась в ее душе, что боль от расставания с ним растаяла, как дым.
"Он не должен был меня отпускать! - с яростью думала она. - Если он меня любит, как он говорит, то он должен был знать, как опасно мне отправляться одной в незнакомую страну. Шанс, что я останусь живой, почти ничтожен. Неужели он этого не понимал?! - и тут же, совершенно непоследовательно она подумала: - А может он просто хотел от меня избавиться? - от этой мысли такая ревность полыхнула в ее душе, что Вель сама поразилась этому. - Нет, нет, нет, - успокоила она саму себя, - если бы он хотел от меня избавиться, то не говорил бы о том, что хочет, чтобы я его всегда помнила. К тому же он не тот человек, способный расстаться с кем-то, не получив желаемое, - от этой мысли она покраснела, и с раздражением дернула головой. - Что это я, в самом деле? Он меня отпустил. Я этого хотела, значит, я должна радоваться свободе и идти вперед!"
Смеркалось. Вель решила сделать остановку. Она расседлала лошадь, взобралась на дерево, решив переночевать, устроившись на одной из ветвей. И вот тогда ,впервые с момента, как покинула Ладуэрта, она посмотрела в ту сторону. Такая страшная тоска сжала ее сердце. Мысли все время возвращались к прощальному разговору с герцогом. "Ты помни меня, очень прошу, помни!", эти слова не давали Вель покоя.
- Если он хотел, чтобы я его помнила, зачем он меня прогнал? - бурчала она себе под нос. - Зачем отправил с глаз долой? - она тяжело вздохнула. Свобода ее почему-то не радовала. Одно дело, когда тебя удерживают силой, и ты все-таки вырываешься, и совсем другое - когда тебя прогоняют с глаз долой. Нет, Вель решительно не понимала герцога, и даже попыталась поставить себя на его место. Он столько сделал, чтобы удержать ее рядом с собой (теперь, когда Вель стала свободной, она ясно это видела), и вот когда осталось совсем чуть-чуть, только добраться до дома - он ее отпустил. Вель незаметно для себя стала представлять, что было бы, если бы она в этот момент находилась рядом с ним.