Вадим приблизился, не решаясь прерывать веселье. Решил в сторонке подождать, пока сами не заметят. После такого хлопотного дня даже просто на месте спокойно постоять — уже отдых. Стал на шуточный бой смотреть.
Сын Агвидов, выставив перед собой деревянный меч, кружил, перетаптывался, искал подходы к отцу, решал, куда лучше ударить. Вадим заметил, что опять малец неверно оружие держит: указательный палец лежит за крестовиной, на клинке. Уж сколько раз стражник сам его журил, мол, так и без перста остаться недолго. Все без толку. Нет у пацана никаких способностей к тому, чтоб оружием махать, хоть ты тресни. Ему интереснее за служанками своей матери увиваться да на пирах гулять…
Агвид же стоял спокойно на месте, будто то бы расслабленно даже. Но Вадим опытным взглядом видел, как напряжен каждый его мускул, таящий в себе силу воина, готовый эту силу выплеснуть в одном отточенном ударе, который будет для врага первым и последним. Серые глаза ярла неотрывно следили за перемещениями сына, который все топтался перед отцом, как молодой петух перед первой в своей жизни курицей…
Наконец, парень решился атаковать, кинулся вперед, неловко выставив перед собой гуляющий из стороны в сторону меч. Агвид небольшим шажком ушел в бок с линии атаки и, держа меч плашмя, поддал им сыну по заднице вдогонку, отправляя отпрыска глотать пыль. Вадим подумал машинально, что, будь это реальный бой, ярл просто насадил бы врага на свой меч, а потом брезгливо стряхнул бы с клинка труп себе под ноги и перешагнул бы, не глядя, ища следующую жертву. Вадим знал, как это бывает. Сам не раз видел своего правителя в бою.
Пацан тем временем весьма живо на ноги вскочил, потирая ушибленный зад, и снова на отца бросился. Агвид отбил его атаку, будто от мухи отмахнулся, и парень взвыл, роняя меч и тряся ушибленной рукой. Отец таки попал ему по неосмотрительно выставленному за крестовину пальцу.
— Ну что, Вадим? — не оборачиваясь спросил Агвид, и стражник вздрогнул, возвращаясь из своих мыслей в действительность. — Хорошо силу свою на юном да криворуком показывать. А ты не желаешь ли потешить своего старого ярла дружеским боем?
— Никак нет. Я с докладом.
— Не хочешь правителя своего на глазах у его детей унижать? Похвально, — усмехнулся Агвид, возвращая тренировочный меч на стойку с другими такими же. — Что ж, докладывай…
И начальник стражи принялся рассказывать, как подготовка к прибытию гостей идет, но Агвид, кажется, его не слушал вовсе. Стальные глаза задумчиво бродили по лицу стражника, а мысли правителя были где-то далеко.
— Напомни мне, кто у тебя: сын или дочь? — прервал он Вадима на полуслове.
— Дочка. Аленушка, — ответил стражник, даже перед ярлом своим не сумев сдержать в голосе той теплоты, что всегда сквозила из него, как речь заходила о любимом чаде.
— Дочка — это хорошо, — задумчиво протянул Агвид. — Да дочке трон не передашь. Замуж выскочит, уйдет в другую семью, род не твой, чужой продолжать будет…
Вадим не знал, надо ли на это что-то отвечать, или ярлу просто вздумалось душу излить, что с ним в последнее время случалось все чаще. Агвид старел. Был еще крепок, мог еще удаль свою в бою показать, но… Время всех на лопатки положит.
— Ладно, — ярл хлопнул стражника по плечу. — Иди, Вадим, домой. Ты хорошо потрудился, отдыхай теперь. Впереди важный день. У меня к тебе одна только просьба: будь при мне завтра неотрывно.
— Мой ярл… Если вы опасность какую чуете…
— Да брось. У меня с Ратмиром договоренность одна. Не станет он глупить. Сам же понимаешь, случись чего — живым ему отсюда не уйти. Просто… Разговор нам предстоит. Хочу, чтобы ты послушал. Чтобы знал кое-что.
— Как пожелает мой ярл, — отчеканил Вадим, пряча за уставным тоном свое замешательство.
— Вот и чудно, — Агвид еще раз его по плечу хлопнул, а затем развернулся да пошел прочь, позвав за собой своих детей, которые смирно в сторонке ждали, пока отец с начальником стражи беседовал.
Вадим же постоял еще в нерешительности, а затем домой двинулся, гадая, что же за встреча такая ярлу завтра предстоит. До недавнего разговора стражник склонялся к тому, что Ратмир свататься едет: старшей из незамужних дочерей Агвида намедни семнадцать лет стукнуло… Их государства воевали в прошлом, но стычек давненько уже не бывало. Худой мир лучше доброй ссоры, особенно если его браком своих детей закрепить. Но, кажется, не в этом дело.
Эх, чего гадать, решил в итоге Вадим. Завтра настанет — видно будет. Зачем-то Агвиду надо, чтобы начальник его стражи разговор с Ратмиром слушал. И Вадим будет слушать. Очень внимательно.