Наконец Агвид завершил свой разговор с ведьмами, после чего они молча присоединились к отряду, замыкая его и заставляя этим самым нервничать всех воинов без исключения. Каждый предпочитал держать неведомую угрозу, коей без сомнения в их понимании и являлись две женщины, на виду. Тем не менее, надо было ехать дальше и держать все свои опасения и недовольства при себе.
Дальнейшая дорога действительно не заняла много времени, как и обещал Агвид. Они сделали всего один привал в тени небольшой рощи, даже огня разводить не стали. Потом свернули с основного тракта и уже к вечеру того же дня выехали к пшеничному полю. Вадим невольно залюбовался, как еще сочные, зеленые колоски, позолоченные закатным солнцем, волнами переливаются под легким ветерком, напоминая море, которое стражник видел в далеком детстве.
Как только поле осталось позади, на горизонте показалась небольшая деревня, в которую, как догадался стражник, они и направлялись. Видимо, Агвид точно знал, что Селена явится сюда в скором времени. Вадим позволил себе порадоваться, что назад в столицу она с ним поедет, а не с этим Велемиром, у которого много лишних слов на языке и при том невесть что на уме. Что станет с самим наемником, стражника мало волновало. Ежели он и впрямь законный наследник Веледара, Ратмир убьет его, да и все? Неважно. Он для Вадима просто чужой да еще и не шибко приятный человек, что бы там Маина про него не рассказывала.
Деревенька была небольшая, стояла на пригорке над рекой, а поверх крыш домов виднелся шпиль старой церкви. Когда отряд въехал на главную улицу, местных, что еще копошились у своих изб, как ветром сдуло, только кое-где еще раздавался стук захлопываемых ставен и запираемых дверей. Неужели Ратмир держит свой народ в таком страхе, что они чуть ли не в землю зарываются при виде войск любимого ярла?
Кажется, кроме Вадима, поведение селян больше никого не волновало. Агвид выехал чуть вперед и теперь уверенно вел за собой остальных, выискивая, очевидно, какой-то определенный дом. Стражник же привычно оглядывался, запоминая, что да где, и прикидывая, в какой стороне от них находится старый курган. Может статься, что Селена сейчас совсем рядом. Или даже уже ждет их в одной из здешних изб. Эти мысли заставляли сердце биться чуть быстрее.
Они проехали всю деревню почти насквозь, прежде чем Агвид увел их в какой-то проулок, устремляясь на соседнюю улицу. Она была уже не такой широкой, да и домов здесь стояло поменьше. Ярл уверенно остановил коня у ничем не примечательной избы и спешился. Его примеру начали следовать и остальные, только ведьмы не торопились оказаться на земле, вместо этого оглядываясь вокруг и будто даже принюхиваясь к местному воздуху.
Вадим по безмолвному приказу Агвида взял его коня под уздцы, удерживая, пока сам ярл направился к избе. Впрочем, он не успел сделать и нескольких шагов, как со двора выскочил пацан лет двенадцати и тут же затормозил резко, будто врезаясь в невидимую стену. Уставился на воинов широченными глазами, но убегать обратно в дом и прятаться не спешил.
— Здравствуй, добрый молодец, — усмехнулся Агвид, глядя на ребенка сверху вниз. — Дед твой дома?
Мальчонка, глаза которого бегали от воина к воину, задерживаясь на оружии, тут же уставился на ярла. Кивнул как-то рвано.
— Чудно. Позови-ка его.
— Он не ходит, — пацан опустил подбородок и глядел теперь исподлобья, как молодой волчонок. — Проводить могу, но только одного. Остальные пусть тут ждут.
— Как звать тебя? — спросил ярл.
— Кирилл.
— А ты не из робкого десятка, Кирилл, — Агвид, за спиной которого стояла восьмерка вооруженных мужиков и две ведьмы, добродушно рассмеялся, а затем присел перед пацаном на корточки, желая, кажется, побеседовать с ним на равных. — А если мы все войти захотим, что делать станешь?
— Без моего разрешения не войдете, — мальчонка хрустнул кулаками, но ярл не стал больше смеяться его дерзости, кинул короткий взгляд на крыльцо дома.
— Видишь тех женщин? — он махнул рукой на ведьм позади себя и дождался от ребенка кивка. — Они смогут войти. Догадываешься, почему?
Кирилл нахмурил брови и руки на тощей груди скрестил, уже внимательнее рассматривая двух ведьм. Затем сплюнул в траву и молвил с искренней заботой:
— Ну идите, коль хотите. Только в избе вы все равно такой толпой не поместитесь. А мне недосуг с вами спорить, еще кур пересчитать надобно.
Ратмир заливисто рассмеялся, а за ним следом, будто получив позволение, заржали и его воины.
— Надо же, — утирал слезы молодой ярл. — Какие храбрецы водятся на окраинах моего государства. Подрастет — в дружину возьму, как пить дать.
— Ладно, Кирилл, — Агвид, натянуто улыбнувшись, поднялся на ноги. — Уговорил. Не потащу всех в дом твоего деда. Но вон тот человек — твой ярл. Он тоже пойти должен. Неужели откажешь ему?
— Хорошо, — малец даже не глянул в сторону Ратмира, но решил, видимо, не испытывать больше судьбу. — Идемте.
— Ждать здесь, — коротко приказал своим воинам молодой ярл, устремляясь вслед за Кириллом и Агвидом на крыльцо избы.
Когда оба правителя скрылись за тяжелой дверью, воины позволили себе немного расслабиться и стали озираться. Только ведьмы все так же сидели верхом и не проявляли ни капли интереса к происходящему.
Пару минут спустя снова показался Кирилл. Выскочил из дома как ошпаренный, таща за руки двух девочек-близняшек. Еще раз окинул недовольным взглядом солдат и скрылся на дворе. Вадим подумал, что детей просто выставили из избы, чтоб уши не грели, но оказался не прав.
Со двора малец вышел, уже ведя за собой белую кобылу, на спине которой без всякого седла пристроились близняшки. Одна цеплялась маленькими пальчиками за густую лошадиную гриву, а другая крепко обнимала сестру за талию. Так они и пошли вдоль улицы прочь от дома, не оглядываясь, и Вадима это почему-то встревожило. Что ж они, звери какие, раз детей подальше отсюда услали? Да нет, глупости. Просто вечер уже, а ребятишки, небось, с дедом не живут, просто старик приглядывает за ними днем, пока родители делами занимаются, вот и все.
Успокаивай себя.
Вадим тяжело вздохнул и шикнул на расшалившегося коня. Хотелось размять ноги после долгой езды верхом. Еще хотелось есть. Провизия у них с собой была, конечно, но не устраиваться же прямо здесь. Наверное, когда Агвид с Ратмиром наговорятся, воинам будет велено разбить лагерь где-нибудь на окраине деревни. Проситься к местным на постой явно не с руки, какие-то они тут дикие.
На родине Вадима люди уважали солдат, своих защитников. Еще до своей женитьбы стражник, бывало, заезжал в деревни и села, путешествуя со своим ярлом, так народ их привечал всегда, детишки гурьбой обступали, прося дать меч подержать или коня погладить, а девицы глазки строили. Уж точно никто по избам не хоронился, завидев дружинников. Здесь же было иначе.
За такими мыслями Вадим провел около получаса, когда, наконец, на крыльцо вышел Агвид. Лицо его было непроницаемым, но стражнику отчего-то казалось, что ярл весьма доволен жизнью. Видать, у хозяина дома нашлись для правителя хорошие новости. Следом показался Ратмир и скомандовал устраиваться на привал на внутреннем дворе. Солдаты тут же споро принялись за дело: кто-то стреноживал коней, кто-то за водой к колодцу отправился, кто-то занялся разведением костра.
— Эй, Томира, — окликнул Агвид, и старшая ведьма повернула к нему свое испещренное морщинами лицо. — Пойди в дом, глянь, что у старика с ногами. Авось, подсобишь.
Ведунья кивнула, спешилась и, держа поводья своего коня, оглянулась на солдата, который животин стреноживал, но тот, не спешил ей помогать.