Мать пошарила в сумке, достала синюю тетрадь, перелистала, потом вытащила свиток из дорогого белого сонника с золоченым шнуром.
- Вот жалость-то какая, тетрадка пустая, и письмо всего одно, может, в нем и нет ничего интересного. Как бы его развязать?
Ивита, стуча сапогами, вбежала в калитку и подскочила к матери.
Дай сюда! – Она разрезала золоченый шнурок мечом.Доченька, а ты срастить-то шнурок сможешь?- Еще чего! – Ивита развернула свиток и начала разбирать написанное, шевеля губами и водя по строчкам пальцем. Прочитав две или три строчки, она сунула свиток матери.
- На, если тебе торгаши интересны!
Мать долго разбирала строчки, водя по ним пальцем и шевеля губами. Дойдя до середины, она вздрогнула, побледнела, а потом покраснела так, что это было видно даже в неярком свете тумана.
Ивита, доченька, радость-то какая, дождались мы! Слышишь? Дождались, пришло наше время!Да чего дождались-то, мам?- Слушай! – мать развернула свиток во всю длину и принялась читать с самого начала, то и дело запинаясь. – Купеческой дочери Стине-от-Каменных-стен из Альваны от купца Сеандра из Град-Пилея привет с пожеланием здравствовать. Просимые тобой выделанные горюньи меха запоздают на две осьмицы, в виду военных действий, однако к середине месяца Дракона непременно будут доставлены. Зная твой интерес к делам государевым, опишу тебе, уважаемая Стина, дела последние. Две осьмицы назад, в Дедов день, княгиня Лидора Пилейская явилась в Нагорный Рошаель. Целью ее было объявлено поздравление князя Ленорка Четвертого, но вместо этого княгиня начала военные действия, в которых не преуспела и погибла в горах. Наследником княгини стал ее тайный муж, воевода Гошар, но на престоле Град-Пилея он пробыл всего три дня, после чего погиб в бою за рудодельское Подгорье. Теперь пилейский престол свободен, поскольку при жизни Лидора и Гошар истребили всю близкую родню. Теперь для опознания ее останков и поиска наследников по велению крови, вызваны известные мыслеслушатели, в том числе известный Фаериан Странник. Не знаю, как такое скажется на торговых делах, но уверен, что все это не к добру. С почтением, Сеандр из Град-Пилея, месяца Воительницы девятнадцатого дня.
Ну и что?Как что, доченька? - мать подпрыгнула в кресле. – Гошар умер! Вот почему он не приехал!А кто такой Гошар? Зачем ему к нам ездить? - Ивита по-прежнему не понимала.Ах, ты не знаешь, я же всегда тебе снотворное давала, когда он приезжал! А приезжал он, чтобы денег дать!За что?А за то, чтобы теперь мы с тобой получили свое по праву!За что воевода Гошар платил матери? Должно быть, Ивита его незаконная дочь, вот он и давал деньги на ее содержание, недаром же мать все время говорит про ее благородную кровь! Она точно дочь воеводы – чуть что, сразу за плеть или за меч.
Мать вскочила с кресла и зашуршала свитком на алтаре.
А теперь, Ивиточка, все надо скрыть! Гонец уже вылечился, только осталось отделить его от филиана, а Туман Священный нам поможет и веревочку срастить, и внушить, чтобы крылатый ничего не вспомнил. Никто еще ничего не знает, а мы теперь будем большие хозяева!Да чему хозяева-то?Да ты у меня, доченька, всему хозяйка, на что взглянешь! Как по ярмарке пройдешь, так у парней головы разом вслед тебе поворачиваются! А как мы с тобой получим свое, так и князья родовитые шеи свернут! Скорее отделять филиана! Эй, Риата, Риата!Что же она так громко, малыша разбудит! Риата и так знает, что просить Священный Туман должна именно она, потому что других он не станет слушать. Почему ей раньше не приходило в голову, что именно она находит слабые места больных и помогает Священному Туману лечить? Почему она не видела, что мать никого не лечит, а только собирает деньги? Сейчас Туман еще не отделил филиана от настоящего летуна и, как обычно, ждет, что Риата проверит выздоравливающего и даст ему знать, что отделать филиан можно. Кажется, слабых мест у летуна больше нет, во всяком случае, через волны тумана они не чувствуются, значит, пора отделять. Какой знак будет лучше? Старинная песня или просьба отделить, изложенная стихами? Наверное, все-таки просьба.
Крылья в небо пусть вернутся,
Вновь пусть очи распахнутся,
Пусть вернется в тело сила,
Чтобы в небо возносила!
Простые строчки дошли до Священного Тумана мгновенно. Белые клубы поплыли по приемной, заслонили от Риаты летуна и его филиана, и от них, как всегда, потянуло холодом. Теперь филиан будет отделяться и таять в тумане еще не меньше часа, раненый летун будет спать, но за ним надо внимательно следить, при отделении бывают всякие неожиданности.