Торик спрятал его в сумку, но рука наткнулась на подкинутое письмо. А с этим-то что делать? Подкинуто неведомо кем, неизвестно где, да еще для Управы княжеского двора! Неприятности не просто могут быть, а точно будут! Ученый брат Фаериан говорил, что у него есть какие-то догадки и, наверное, лучше подождать, пока он что-нибудь расскажет, а только потом отдавать письмо!
Торик размышлял, глядя в окно и почесывая крылья одно о другое. В голубом небе, перечеркнутом оконной рамой, висели красные гроздья князь-ягоды, за ними вставали синие горы с белыми вершинами, а справа виднелся угол соседнего дома с резной мордой многонога на углу. Внезапно разноцветную картинку окна заслонило что-то синее и блестящее. Да это летучий змей! Торик выскочил на улицу, подняв крылья, чтобы не упасть, заведующий побежал следом за ним.
Посреди улицы, перегородив ее чешуйчатым телом и широкими блестящими крыльями, свернулся в кольцо крылатый змей Дирт. На его спине была пристегнута ремнями широкая укладка, на какой драконы обычно носят грузы, а с укладки уже спрыгивал черноволосый кудрявый молодец в красной рубахе и черных обтяжках.
- Здравствуй, твоя милость Князь-под-горой Дарион! - подбежал к нему заведующий. – Его мыследейская милость уже здесь!
Хозяева соседних домов бросили дела и, подкручивая светлые усы, уже высовывались из-за заборов, разглядывая диковинного змея, а их белолицые и голубоглазые дочки во все глаза разглядывали чернобрового красавца-князя из распахнутых окон.
- Приветствую тебя, твоя княжеская милость, - послышался надтреснутый голос Фаериана Странника, и старый целитель появился из дверей, изображавших пасть чудовища. – Советник Вариполли говорил, что ты заберешь меня сегодня, но не сказал, каким образом…
- Садись на Дирта, ученый брат, не бойся! К двум часам дня приедут все!
Торик навострил уши, забыв о подкинутом письме. Пилейский советник, собрание в Нагорной, где будут какие-то «все» – назревают события, достойные летописи! Скорее туда, а с письмом можно и потом разобраться! Но как лететь?
- А ты, Торик, что стоишь? Садись на укладку! - крикнул князь Дарион, и Торик без церемоний взлетел на спину змея. Заскрипели ремни укладки, зашумели голубые змеиные крылья, поплыли внизу розовые черепичные крыши Альваны, а впереди Торика ждали настоящие исторические события.
Глава шестая. Веление крови
Змей опустился во дворе Нагорной крепости и Торик перелетел на теплые, нагретые солнцем, камни серой крепостной стены. Со стены была видна вся округа – голубые луга, синие деревенские сады, черные леса на Громовой горе. Среди лугов бежала белая от пыли дорога из Растеряй-городка, а по ней катилась карета с золотым гербом на дверце, запряженная двумя парами черных многоногов. Десяток всадников на зеленых ящерах сопровождали ее. Кто это едет с такой охраной?
А вот и другая карета подъезжает со стороны моста – белая, с красно-бело-золотым пилейским знаменем и охранниками в красно-зеленых пилейских мундирах. Да что тут, государственные переговоры будут, что ли? Надо бы записать, да кисточка с чернильницей пропали, и он даже не помнит, где.
Обе кареты остановились. Белая пилейская поворачивала к воротам Лучниковой башни, золоченая рошаельская была дальше от ворот, но ее возница уже кричал на всю округу, что именно он должен ехать первым. Он был отчасти прав – в карете с гербом ехал член королевской семьи, а всем королевским родственникам, даже самым захудалым, подданные Рошаеля обязаны были уступать дорогу. Однако на белой карете было знамя Пилея, и в ней ехал не просто подданный именно этого княжества, а очень важное лицо, поэтому ее возница кричал еще громче и съезжать с дороги не собирался. Многоноги, запряженные в первых парах, уже рвались в драку, выставив вперед рога и воинственно задрав хвосты.
Ученый брат Фаериан, опираясь на палку, осторожно спустился на камни крепостного двора, ополченцы сняли с Дирта укладку, змей торжественно поднялся и сделал круг над дорогой. Вопли напуганных многоногов и брань возниц взлетели в заоблачные высоты, многоноги рванулись вперед и смешались в кучу, кареты с треском столкнулись боками, охранники закричали, а ящеры заревели.
Из пилейской кареты выбрался рослый, грузный человек средних лет в зеленом бархате с золотым шитьем, лицо его побагровело от жары, а лысина сверкала от пота. Ого, сам советник Вариполли! Еще недавно его едва не казнил воевода Гошар, а теперь он самое большое начальство и для Торика, и для всей службы гонцов, и для дворцовой Управы Град-Пилея. И для всего княжества Пилея и Кортола нет большего начальства, чем его милость советник Вариполли, потому что князя на пилейском троне нет.