В хлебных рядах городские купцы и пекари целыми возами покупали хлебную щепу – древесину хлебного дерева, грубо размолотую на деревенских мельницах и насыпанную в мешки. Мать на этот товар даже не смотрела: ручная мельница в их кухне давно сломалась, и они тратились на готовую муку, чтобы сразу печь хлеб.
Дальше, в приправных рядах, кульками и корзинками продавали жгучие «горские корешки», чернопальцы и синюху – то, чем приправляли суп или жаркое.
Но вот, наконец, кончилась деревенская вонь, и ярмарка стала куда интереснее. Альванские заводчики продавали породистых светляков – белых, розовых и голубоватых, взрослых, размером с человеческую голову, и детенышей не больше кулака. Какой-то неудачник, в рваной рубахе с налипшей на нее светящейся шерстью, продавал двух светляков, якобы обученных носить письма. Убожество! Ивите скоро будут носить письма гонцы-летуны, зачем ей светляк?
Пилейцы с равнины, темноволосые и сероглазые, с их гнусавыми голосами, сегодня не казались Ивите отвратительными – это были ее будущие подданные. Правда, женщины-пилейки носили свои короткие, едва до плеч, волосы затянутыми в пучки, а мужчины стриглись под горшок, но сегодня и это казалось терпимым. Даже нелепый обычай закрывать головы от солнца шляпами не раздражал. Шляпы были, конечно, уродливые - не выращенные из ростовика, как в Кортоле, а сшитые из разноцветных лоскутов. Одежда у пилейцев тоже была вытканная и сшитая - яркие сарафаны, белые рубашки с вышивкой. Может быть, будущей пилейской княгине стоит купить себе пилейский наряд и укоротить волосы? Нет, пока не надо. А вот когда Ивита, подобно самой княгине Лидоре, будет командовать войском, она непременно заведет себе хорошую кольчугу, шлем и кожаные штаны-обтяжки, в которых так удобно ездить верхом на ящере. И пилейские сапоги обязательно! Пилейцы одеждой на ярмарках не торговали, но всегда привозили отличные узорные сапоги из многоноговой кожи и башмаки на наборных каблуках.
Но вот они проехали простецкие ряды с деревенским товаром, и началось главное, чем была прославлена Альвана, что принесло богатство древнему городу и всему Кортолу – альванские Торги. Мать уже не пыталась приценяться – не по их деньгам были покупки. Длинноусые, темноглазые рошаельцы сидели возле своего товара, звонким говором зазывая покупателей. Наряды их напоминали те, что были у пилейцев, только шляпы были не сшитые, а валяные, с ленточками и цветами. А что за товар был у рошаельцев! Огромные, в человеческий рост, отполированные овальные пластины горами лежали на подстеленном холсте и блестели на солнце как воинские щиты. Это были сброшенные при линьке жесткие наружные крылья семикрылов, мохнатых жуков, которых в Рошаеле разводили во множестве. Один торговец продавал прозрачные внутренние семикрыловые крылья – городские неженки вставляли их в окна. Ивита этого не понимала – в Укрывище никогда не было ни стекол, ни семикрыловых крыльев в окнах, и они прекрасно жили с одними ставнями. Рядом еще один рошаелец продавал четырех живых семикрылов, как он говорил, очень породистых, из Нагорного Рошаеля. Огромные жуки, покрытые новой блестящей броней с едва пробивающейся шерстью, толкались на небольшом пятачке и жевали синюю траву, которую им подкидывала чернявая дочка хозяина. Ивита подумала, что когда она будет править Пилеем, можно будет приказать, чтобы развели такую скотину. Будут отличные щиты для бойцов, вот как эти, с резьбой и лакировкой, красивые и удобные!
А вот еще рошаельские ряды - темноглазые девчонки с северного моря, подвязав яркими лентами свои черные косы, торгуют подушками и стегаными кафтанами на мягком и легком побережниковом пуху, расписными подносами из семикрылового крыла и пышными тюфяками из шерсти жука-рогача. Но Ивите такой тюфяк и с приплатой не нужен – в Пилее у нее будет настоящая княжеская постель! Да и посуда семикрыловая, хоть и хороша, но ведь это деревня! А достойный человек, если хочет иметь красивую посуду, то покупает серебряную, золотую или из тех хитрых сплавов, имя которым знают только их составители – рудоделы. Кстати, будущей пилейской княгине не вредно посмотреть и на этих извечных противников ее государства. Ивита направила ящера направо, в ремесленные ряды.
На раскладных столах, накрытых вышитыми скатертями, была расставлены вещи, должно быть, предназначенные для князей и королей. Золото, серебро, самоцветы и настоящие драгоценные камни чистой воды сверкали на блюдах с выпуклыми узорами, ремнях с узорчатыми пряжками, башмаках из многоноговой кожи и расшитых цветами жилетах и кафтанах. А вот рядом часы: огромные, с медными блестящими кругами и стрелками из синего камня – для башен или городских ворот; поменьше, с разноцветными узорами в виде зверей, птиц и листьев – для комнат, как у них в Укрывище; и совсем маленькие, золотые – чтобы повесить на грудь или положить в карман. А какие латы и кольчуги, какие мечи, какие ножны к ним! Рудоделы не просто куют оружие, они в него свою мыслесилу вкладывают - чтобы не терялось, не тупилось, из руки не вырывалось. Так и хочется взять в руки чудо-оружие, взмахнуть и почувствовать его силу!