- Ее княжеская светлость госпожа Зия Кортольская, несомненно, уже давно всесторонне рассмотрела положение, создавшееся в прекрасной равнинной столице в отсутствие законных наследников возвышающегося там трона. Отсутствие законного наследника, отягощенное длительными спорами о родстве, рождает в умах подданных множество домыслов о будущем своей родины и своем собственном. Однако сие брожение умов дает невероятный простор для решительных действий тому, чьи устремления так же высоки и прекрасны, как велика его решимость добиться предмета своих чаяний. А свобода завоеванного и униженного родного народа не может не быть таким предметом для молодого, смелого и, осмелюсь предположить, великого государя. Сей государь готов принести свою жизнь и жизнь своих сторонников на высокий алтарь служения отечеству, но увенчается ли сие предприятие успехом, зависит от причин не столь явных, как доблесть, и не столь возвышенных, как горячая любовь к родине. Главными и определяющими успех условиями в сем случае могут стать предметы приземленные и низменные, которых всегда недостаточно для достойного бытия. Как простой поселянке назначено судьбой рачительно вести свое скромное, но прекрасно налаженное хозяйство, так и в княжеском дворце именно сердцу и разуму княгини принадлежит главное место в занятиях, дающих основу всем великим и славным свершениям.
Зия насторожилась. Так, низменных предметов, то есть денег, в казне Кортола почти нет, и говорить об этом с Аландом бесполезно. В Град-Пилее, впрочем, средств не намного больше – страна воевала почти сорок лет без перерыва со всеми соседями подряд. Похоже на то, что посол Каниол собирается предложить вдовствующей княгине Зии нечто материальное.
- Дерзость покорного слуги твоей княжеской светлости, посмевшего просить о даровании ему малой доли драгоценного ее времени, может быть объяснена исключительно той болью, которую испытывает любой при мысли о страданиях, переносимых гордым народом Кортола. Равнодушию нет места в горячих сердцах, согретых солнцем юга, а скаредности и скупости не найти на просторах щедрой земли под этим солнцем. Возрождающейся державе необходимо пополнение средств, отнятых многолетним угнетением, требуется поддержка тех сил, которые помогут сделать тот единственный шаг, который приведет к благоденствию и счастью народа Кортола.
- Я женщина и не могу разобраться в истинно государственных делах, - скромно начала княгиня Зия. – Однако житейский опыт подсказывает любой хозяйке дома, что за все приобретения следует платить. Не слишком ли высока окажется плата за возможность достижения высокой цели?
Посол снова поклонился.
- Скромный посланник своего отечества склоняется перед мудростью прекрасной княгини Зии. Но вдовствующая княгиня Зия не должна сомневаться в бескорыстии тех, кто приходит на помощь безвинно страдающим людям. Никакие бренные сокровища не вознаградят за помощь делу освобождения вольнолюбивого народа, кроме душевного покоя и радости от причастности к сему прекрасному свершению. Гордому горному народу не нужны обожженные солнцем равнины и болотистые берега вяло текущих рек, изнеживающие твердую душу сады и скучные бескрайние поля. Душа горца всегда будет принадлежать родным горам, прекраснее которых нет ничего в этом мире. Сыны гор с радостью отрекутся от чуждого им равнинного образа жизни …
Так вот какую они хотят плату за помощь! Огромная, плодородная Когетская долина на границе Кортола и Сегдета когда-то принадлежала Кортольскому княжеству, но почти шестьсот лет назад была отвоевана у него намного более сильной Сегдетской империей. Тогдашнему кортольскому князю Альну Трехпалому пришлось после этого вступить в неравноправный союз с Пилеем, а тремя веками позже, после разгрома неудачного восстания Ордона Безрассудного, пилейская армия прошла через весь Кортол и снова отвоевала Когетскую долину у Сегдета. Теперь, в случае успеха на пилейском троне, достигнутого на деньги Сегдета, кортольским князьям предстояло потерять долину в очередной раз. Вот тебе и дело свободы! В Когете цветут лучшие златоцветовые сады, хлебные деревья в обхват толщиной вырастают за пять лет, самоспелы размером с кулак поспевают уже к середине лета… Без этой долины Кортол всегда будет либо голодать, либо зависеть от Сегдета и других соседей! Зия с трудом сдержала возмущение, сохраняя на лице благодушное спокойствие. Впрочем, договоры, не скрепленные подписями, государственной силы не имеют, и на щедрые посулы Каниола можно ответить столь же щедрыми обещаниями. Да и подстраховаться на случай неудачи не мешает.