- Ученый брат Ниран, давний друг моей бабушки, проводил меня сегодня утром, и я с ним договорился, что вернусь не позже второго часа вечера. Он человек старый, ему нужна помощь, а потому…
Продолжая говорить, Правен отступил еще на несколько шагов, вынув нож. Ивита двинулась за ним с обнаженным мечом. А мать делает вид, будто ничего не происходит! Как попросить Священный Туман помочь? Старинной песни будет мало, надо изложить стихами именно то, что надо сделать!
Пусть филиан идет под меч -
Ивиту хоть на миг отвлечь.
Прости, от гнева удержись,
Позволь невинному спастись!
Получилось глуповато, но понятно, и Священный Туман принялся за дело. Туманный столб возник за спиной Ивиты, а из него возник второй Правен с ножом в руке, неотличимый от настоящего. Правен-филиан сделал несколько быстрых шагов в сторону Ивиты и закружился вокруг нее. Она взмахнула мечом, филиан уклонился от удара, и в то же мгновение настоящий Правен бросился к калитке, на бегу бросив в сторону алтаря несколько золотых. Ивита кинулась подбирать монеты, а филиан в одно мгновение оказался между ней и настоящим Правеном.
- Все отдавай, выворачивай кошель! - бросилась на него Ивита.
- Это не тот! Другого держи, дочка! – крикнула мать со своего кресла. Риата лихорадочно подбирала слова.
В помощь первому – второго,
Филиана сделай снова!
Получилось! Второй филиан вырос возле алтаря, преграждая путь Ивите. Удар меча, и голова филиана со стуком покатилась к воротам, а тело тяжело упало на пол посреди приемной. Настоящий Правен был уже рядом с воротами, Ивита перепрыгнула через лежащее тело и бросилась за ним. Густой серебристый туман встал на ее пути, из него показались кожаные крылья и острые зубы пещерника. Риата перебралась к другой щели и увидела, как два одинаковых Правена за спиной филиана-пещерника выскочили в калитку. Хлопая крыльями, зверь вцепился когтями в плечи Ивиты. Мать вскочила с кресла и протянула руки навстречу зверю-филиану.
- Смилуйся, отпусти доченьку, Туман Священный! Не губи, одна она у меня! Отпусти!
Пещерник махнул крылом, отбросив Ивиту к алтарю, и снова растекся мерцающим белым туманом. Мать бросилась к ней, по пути подобрав с пола последний золотой.
- Ивита, доченька, да как же ты против Тумана пошла? Вот что значит кровь княжеская, благородная! Туман Священный сам его защищал, филианы посылал, а ты в один миг филиана зарубила!
- Я настоящего зарубила, а не филиана, Туману от этого не жарко и не холодно!
Ивита выдернула из убитого филиана меч и вытерла об его же одежду.
- Доченька, его схоронить надо, не звери же мы, в самом деле!
- В реку с обрыва скину, через час голяки даже пуговиц не оставят!
Голяки! Риата поежилась под алтарем, вспомнив, как в детстве однажды увидела их с площадки перед входом в Укрывище. Огромные существа, похожие на толстых змей длиной в два человеческих роста, жили в реке, и каждое из них было способно съесть мертвое тело меньше, чем за полчаса. Ивита ткнула носком сапога бесчувственно лежащего летуна, сросшегося со своим филианом.
- И этого бы туда же, он мог увидеть!
Риата замерла. А ведь дело может дойти и до нее!
- Что ты, Ивиточка, что ты! Мы же не звери! Ты уж покойника неси скорее, да кровь затри, а с крылатым не торопись - хоть и не человек, а государев слуга, ждут его. И сумку с письмами надо посмотреть!
Мать наклонилась над лежащим летуном, а Ивита схватила за ноги безголовое тело филиана и потащила к калитке.
- Осторожней, дочка, нет ли там кого у входа?
Ноги мертвого филиана со стуком ударились о пол, Ивита выглянула в калитку.
- Да нет никого, и не надо! Я сегодня столько денег достала, что ты и за месяц туманом своим не заработаешь!
Ивита выкинула отрубленную голову в калитку, перетащила тело через порог, и все стихло. Волны тумана втянули в себя кровь с пола приемной и снова поднялись под потолок.
Глава четвертая. Письмо
Ноги матери в вышитых мягких туфлях шагнули к алтарю и остановились.
- Ну, где же пряжка, Туман ее удави! А, вот она! - пробормотала мать. Риата осторожно переползла к щели, которая была ближе к креслу. Маленький белосвет мирно продолжал спать в углу под алтарем. Хорошо, что он не видел убийства!
А что мать будет делать с чужими письмами? Вот она села в кресло с открытой сумкой в руках. На пряжке сумки был виден пилейский герб – грозный хозяин скал с поднятыми крыльями, открытым клювом и ящерицей в когтях – а под ним какая-то надпись.
- Служба гонцов княжества Пилея и Кортола, – по слогам прочитала мать. Как Риата раньше не замечала, что мать, хоть и учит Ивиту писать, сама не особенно грамотна? – Стало быть, и впрямь гонец, слуга княжеский.