— Посмотрим, может, вместе сумеем что-то сделать, — прикинув варианты и возможные способы решения проблемы, Александр понял, что это уже не столь важно. О чем и сказал. — Так, подставляй голову, быстрее будет, — скомандовал он Витомиру, шевельнув ладонью с каракешем.
Тот подчинился. Следующей на очереди стала Часлава со своей Берегиней, а там, до кучи, Александр еще и Фрею проверил. В результате он окончательно решил подселить одиннадцать симбионтов Гектору и другим, наиболее подходящим детишкам. «Будет у меня две группы, диверсанты и подростки, если все хорошо, то и…» — додумать ему не дал Милобуд.
— Мой бог, разрешите? — заглянул глава рыцарей.
— Входи, — кивнул Александр. — Что хотел? Как твои бойцы? — спросил он.
— Все хорошо, я это… — Милобуд замялся, а у Александра засосало под ложечкой. — Про малышей узнать хотел. Им в горшках-то не того-этого…
«Что-то я раньше за ним косноязычия не замечал», — тоскливо подумал Александр, прекрасно понимая, что сейчас последует просьба и предложение, от которого он не видел смысла отказываться. Еще просматривая сознание Берегини, он понял — эти гоаулды оказывают на людей влияние сродни импринтингу. И сами привязываются. Правда, в меньшей степени, но все равно быстро.
— … можно нам их на воспитание взять? — завершил свою тираду Милобуд.
Александр посмотрел на Фрею, та в ответ прикрыла глаза. Проверка ее разума вылилась в долгий и содержательный обмен мыслеобразами и идеями. Возникла масса гипотез, которые требовали экспериментального подтверждения или опровержения. В случае успеха — появлялись неплохие перспективы превзойти уже достигнутые и, пусть с некоторой натяжкой, но все же проверенные результаты.
Собственно говоря, основной недостаток сделанного Витомиром заключался в отсутствии правильного установщика личности, который позволял бы сформировать не просто адекватного и разумного гоаулда, но и нужного специалиста. Конечно, это не просто ограничение свободы воли, а целенаправленное влияние, сродни тому, которое есть у общественных насекомых, но для развития и прогресса Зари, для роста и укрепления нарождающегося государства Александра, требовалось именно это.
Фрея физически не могла обеспечить всех жителей симбионтами. Методика пробуждения разума через «сказки», которую применил Огун под контролем Александра, и сноустановщик, доводящий гоаулда до уровня трех, максимум пятилетнего ребенка, пусть и специфического — это означало надеяться на случай. Разумеется, требовалось еще оценить эффективность опосредованного влияния через воспитание человека и человеком, но все это требовало многих лет работы, создания методик и, в текущих условиях, с учетом стоящих задач, подходило слабо.
Но вариант с Нугом и Огуном позволял, в теории, решить вопрос массового внедрения симбионтов. Правда, тут возникал вопрос качества людского материала. Наступать на новые грабли и получать еще одну разновидность Проклятия унасов Александр не собирался. Как он давно сказал Ратибору — человек может стать страшнее любого демона.
— Хорошо, берите, — разрешил по результату размышлений Александр. — Витомир, Часлава, помогите им, чтобы не перепутали, — кивнул он на улыбающегося Милобуда.
— Есть, мой бог, — подскочила Часлава, готовая сворачивать или возводить горы, в зависимости от текущих потребностей.
«Боевой дистрофик», — хмыкнул Александр, оценив ее порыв и фанатичный блеск глаз. «А ведь эта парочка и Фрее головушку отрихтовала», — усмехнулся он, и сочувственно посмотрел на королеву. Та до сих пор в легкой прострации и полутрансовом состоянии пребывала.
— Да, Владыка, — поклонился в пояс Витомир.
Александр на это лишь тяжело вздохнул и подумал о том, что не такой уж он и суровый, чтобы всерьез опасаться отрывания головы. Даже фанатиков Ратибора без особых изысков и изяществ казнил. Всего лишь с соблюдением минимальных правил приличия, диктуемых традициями. Дверь закрылась, и кабинете остались Александр и Фрея. Та поднялась, соблазнительно потянулась, полыхнула засветившимися глазами и предложила:
— Пошли отдыхать, утро скоро.
— Идем, — кивнул Александр, и предложил ей локоть.
— Мы куда? — удивилась Фрея, когда он повел ее не к покоям лорда, а в противоположную сторону.
— Немного прогуляемся, — ответил Александр, мысленно пожалев о том, что сфера его каракеша находится на запястье. Будь она на ладони, скрывать свечение было бы проще, но пользоваться в быту менее удобно.
Пройдясь неспешно дальним путем, они добрались до покоев. Бдящие телохранители дружно вытянулись, бахнув кулаками в грудь. Александр с Фреей удивительно синхронно кивнули, порадовав джафа простеньким знаком внимания. В холле лорда и леди встретила поклоном служанка и сообщила о том, что все готово.