Разговор прервал грохот взрыва. Тсугва быстро сориентировался и прислал мыслеобраз. За углом дальнего перекрестка кипел бой. Там джафа Велеса штурмовали вход в реакторный отсек. «Нужно помочь, скорее», — решил Август и уже собрался отдать приказ, но был остановлен Тсугвой. «Пробьем стену, ударим в тыл», — четкая мысль прозвучала в голове и телу вернулся контроль. «Пробить? Скорей прорезать», — усмехнулся мысленно Август и отдал приказ.
Пара бойцов сняли с пояса толстые серые цилиндры. Подбежали к стене и активировали их. Края разошлись, появилось чашеобразное углубление, из которого вырвалась закольцованная в мощном поле раскаленная дуга. «На меч похоже», — подумал Август достаточно громко, чтобы его услышал Тсугва. «У диверсантов круче штуки есть», — он прислал мыслеобраз г-образных цилиндров и то, как ловко и без всяких спецэффектов они прорезают броню из тритиума. «И стоит это чудо как глайдер», — хмыкнул Август. «Алакеш. Ну, почти», — поправил его Тсугва. Разговор с симбионтом не мешал Августу командовать. Правда, не очень-то джафа требовались его указания — стандартная, давно отработанная ситуация.
Пока два бойца резали стену реакторного отсека, остальные рассыпались и заняли оборону. Две минуты и округлое отверстие в стене готово. Август приготовился и кивнул. Сдвоенный удар занявших позицию бойцов, и он прыгнул через прорезанный ход. Перекат, оружие наготове, но противника нет. Следом проходят остальные бойцы. Рассыпаются по залу, берут под контроль сектора, но у Августа есть дело важнее.
Пригибаясь, он подбежал к пульту управления реакторами. «Странно, что нет оператора», — мельком удивился Август. «Пристрелили мы его, пока сюда пробивались», — ответил Тсугва. Тело Августа резко перестает подчиняться и сам он оказался словно бы висящим в невесомости. Тсугва взял контроль и, быстро опустив руки на кристаллы, принялся что-то делать. Август никогда не был силен во всех этих штуках. Минимум необходимого он, разумеется, знал, а для большего у него имелся друг, напарник и самое близкое на свете существо — его симбионт.
Перед глазами Августа с огромной скоростью пронеслось мельтешение непонятных надписей и строчек символов. «Опять он что-то свое химичит», — подумал Август, и тут освещение погасло. «Вот так», — довольно и с явной гордостью подумал Тсугва. Рука вырвала из пульта пару кристаллов и убирала их во внутренний карман, другая сунула в него же термическую гранату. «Теперь не запустят?» — «Не сразу», — ответил Тсугва и Август почувствовал, как вернулся контроль над телом.
«Нужно помочь братьям, ударить в тыл защитникам», — решил он. «Ага», — Тсугва прислал кровожадный мыслеобраз. Оскалившийся гоаулд со светящимися глазами выглядел внушительно. «Надо бы это в качестве эмблемы отряда сделать», — усмехнулся Август, жестами ставя задачу остальным бойцам. «Не, это же флаг Огуна», — ответил Тсугва. «У лорда вице-адмирала есть свой флаг?» — удивился Август, занимая позицию для атаки в тыл джафа Марса. «Ну, нет еще, но скоро будет» — «Нас из-за твоих художеств вакуумом подышать отправят», — вздохнул Август. «Да я же не лезу в секретные разделы, случайно увидел во входящих образцы и догадался» — «Вот так и скажешь, когда поймают», — Август махнул рукой, приказывая начинать атаку.
Десяток бойцов бросаются к единственной двери реакторного отсека, остальные оттягиваются к сделанной в стене пробоине. Пара минут и все было кончено. Джафа Марса и так-то еле держались, и вряд ли бы смогли еще одну атаку отразить, а уж в тыл…
«У нас тридцать бойцов, пятеро ранены, но еще повоюют, ты старший по званию», — отрапортовал Тсугва. «Понял», — Август начал распределять воинов. Маловато их было, для полноценной обороны, но уходить нельзя. Как только мостик возьмут, так надо будет сразу энергию вернуть и своим помочь. «Я попробую кого из наших сюда направить», — сказал Тсугва. Август мысленно кивнул и подумал: «Его гоаулд не воин, бой совсем не его стихия, но он силен в другом. Именно поэтому, когда мы вместе, нам мало кто может противостоять. Симбиоз — великая сила и истинное благословение Велеса».
Огун с удовлетворением отмечал, как вражеские корабли прекращают вести огонь. А то и переносят его на своих соседей по тому подобию строя, который сформировался в этой бойне. Назвать происходящее битвой ему не позволяла совесть. Естественно, успехи абордажных партий не спасут от серьезных потерь. Тем более, он уже стольких кораблей лишился, что… Он усилием воли запретил себе отвлекаться. «Думать об этом потом будем», — поддержал его Нуго. «Да», — мысленно кивнул Огун. Главное, теперь он был уверен в победе.