Кусаю губы, не решаясь заговорить, боюсь испортить момент.
И только я опускаю взор на его обветрившие губы, вспоминая их вкус, как меня сносит. Ударяюсь спиной о стену, грудью о мощное царское тело, что навалилось, вышибая их меня воздух. Он прикипает к моим устам, и я решаюсь провести по его сухим губам языком, увлажнить, ведь неудобно должно быть. У меня где-то было масло хорошее.
Но мигом все мысли улетают, когда я слышу тихий стон, а царские руки сжимают меня с силой такой, что боюсь сломаться. Он целует меня глубоко и мокро, наши языки ласкают друг друга, и я плыву, мне хочется больше, теснее, сама вжимаюсь в царское тело, привставая на носочки, глажу его шею, запускаю руку волосы и дергаю ближе к себе, больно врезаемся зубами, но мне неважно, я хочу сильнее!
Я чувствую жар и дикую жажду, которую, я знаю, может утолить лишь царь, один на всем свете. И я капризно дергаю плечиком, желая ощутить уже его руку там, где она нужнее всего. Пытаюсь что-то сказать, мое стенание в его рот проходит дрожью по царскому телу, и все же чувствую, как спускаются его пальцы по спине моей. С силой сжав ягодицу до слабого вскрика моего, царь отстраняется, обрывая нить слюны, что натянулась меж нами, лишь миг смотрит мне в глаза затуманенным черным взором и резко разворачивает, прижимая грудью к стене. Я слышу треск ткани, и мне совсем не жаль прекрасного платья, лишь бы уже ощутить горячие царские ладони на коже. Тяжелым грузом наряд спадает к моим ногам, показывая царю тонкую исподнюю рубашку, которую так же легко разрывают его сильные руки.
И я смущаюсь, чувствуя, как пальцами он касается моего влажного естества. Щекой упираясь в стену, пытаюсь посмотреть на него, но вижу лишь плечо, которое методично движется, когда царь потирает меня между ног.
– Мне несказанно повезло, – низко шепчет мне в ухо, и роняю тихий стон, ощутив, как мурашки пробегаются по телу.
Мне приятно все, что делает мой царь, лишь мысль о том, что верность моя не стоит и куна, чуть скребется в голове, но ее слишком легко отгоняют царские поцелуи, что опаляют мою шею и спускаются по спине вниз, оставляя прохладную влажную дорожку за собой. Он садится позади меня, целуя и наминая по очереди мои ягодицы, заставляя мое дыхание срываться в стоны.
Я чувствую его язык у своей женственности, пальцы, что кажется оставят следы на моих половинках, и мучаюсь, и наслаждаюсь. Во мне так много чувств, которые хотят выплеснуться наружу, что я поднимаю руки, скольжу пальцами по деревянной стене, неприятно трусь щекой. Мне мало.
Царь словно почувствовав, встает и рывком прижимает меня к себе.
– Тебе в эту ночь будет хорошо, я обещаю, моя сладкая ягодка.
Его голос вызывает во мне волну наслаждения, но царь больше не молвит, подхватывает меня на руки, несет и кидает на мягкую постель, хищно нависая сверху.
Внимательно оглядывает меня с головы до поджатых пальчиков ног и на его лице медленно расползается опасная улыбка. Никто не смеет смотреть так открыто на княжну, никто не смеет узреть ее в подобном виде, но мой царь плевал на все законы. Он смотрит, и ему это нравится. Значит и я на них плюю. Он ласкает мою грудь пальцами, тут же размашисто проходясь по ней языком, от чего меня выгибает, прострелившее стрелой удовольствие.
Его поцелуи жалятся уже на моем бедре, оставляя следы после себя. Он шире раздвигает мои ноги и неспешно проводит языком между ними, не отрывая от меня похотливый взгляд.
Так много сладостного удовольствия, мне кажется, что больше я не вытерплю, но царские пальцы сменяют язык, который скользит внутрь меня. Ритмичные движения его руки, выводят меня на край обрыва. Сотни стрел пронзают наслаждением мое тело, и я кричу, выгибаясь и сминая простыни в руках.
Сбросившись с обрыва, я парю, как птица в неге и удовлетворении.
– Самая вкусная ягодка, – как из далека слышу голос царя.
Он уже рядом обнимает меня, поглаживая по голове.
– Я и не знала, что в теле моем столько непознанного, – не открывая глаз, шепчу куда-то ему в грудь.
– Многое еще тебе предстоит узнать, сладкая, – усмехается он, – а пока отдыхай, день был тяжелым.
Закат я так и не увидела, но меня это вовсе не печалит.
Всего лишь миг
Из спокойного сна я постепенно выплываю на царскую постель, прижатой спиной к могучей груди, твердой подушкой мне служит царское плечо. Чувствую его ласкающие горячие руки, от которых разбегаются мурашки по всему телу, он гладит мою грудь, перекатывает набухший сосок в пальцах, обжигая горячим дыханием шею. Приятно. Я потягиваюсь, разгоняя остатки дремы, и тут же его ласки становятся ощутимее, поцелуй в шею кусачим, ладонь накрывает мою женственность. Хочу попросить его отворить окно, чтобы вдохнуть свежего воздуха, но давлюсь своим вопросом, когда чувствую, как его пальцы раздвинув мою плоть, движутся, снова вызывая необычную жажду в моем теле. Сколь еще мне уготовано сладких мигов с ним? Какова же будет расплата?