— Не преувеличивай, дорогой брат… Я всего лишь сняла с себя сарафан.
— Но это уже преступление для них!
— Пожалуйста, прекрати, брат! , — А затем Нежана обратилась к Божеславу и спросила его, — Пожалуйста, скажи, почему вы подглядывали за нами?
Боль была невыносимой. Это был пинок будущего богатыря. Ведь богатыри могли даже сместить горы одной лишь ногой, так что неудивительно, если они с Евдакимом сегодня лишатся жизни.
— Ха… Ха… Мы пришли сюда после тренировки, хотели постирать наши рубахи, и заодно ополоснуться. Но мы пришли сюда раньше вас. Мы не собирались за вами подсматривать, а лишь хотели поскорее достираться и уйти, не мешая вам.
— Хо---, не гоже это под нашим Богом нагло лгать, — Сказав Вацлав, а затем снял ножны и ударил Божеслава в грудь.
— У-м!
Божеслав не отлетел, как раньше, но повалился в низ, свернувшись в калачик.
— Брат, пожалуйста прекрати!!! Ты же его убьешь.
— Кхм! Он обязан понести наказанице, даже ценой своей жизни.
— Нет, не обязан, если никто в деревне не узнает про сегодняшний день.
— Ой ли? Неужели, никто не узнает?
— Нет, дорогой брат, не узнает, если ты не проболтаешься. Подруженьки, пожалуйста, пообещайте, что никто из вас не узнает в деревне, что сегодня произошло.
— Дорогой брат, мы уходим отсюда.
И только Нежана собиралась уходить, как Вацлав подошёл к Божеславу.
— Брат, пожалуйста!!!
— Не волнуйся, я всего лишь скажу кое-что перед нашим уходом, — Подойдя к Божеславу и Евдакиму, Вацлав наклонился так, чтобы оба слышали его.
— Знаете, а ведь мне недавно всучили награду за то, что я помог избавиться от черногоровка. Знаете какое? — Меня официально наделили фамилией.
Двое тут же задрожали. Фамилия для многих была непозволительной роскошью, даже далеко не вся знать могла себе позволить фамилию. А вот псевдоним, пожалуйста. Фамилия официально заверялась на бумаге. Чтобы владеть фамилией, тебе должны были поставить официальный печать-герб одной из правящей семьи. Если для богатырей носить фамилию или не носить было в порядке вещей, то для многих других это была недостижимая цель.
— Теперь у меня и моей семьи будет фамилия: Новогорцев. К тому же скоро я стану богатырём.
— И то, что я сейчас вас отпускаю, это не значит, что вас сдёргоумков я могу отпустить в будущем. Я могу запросто пустить вас на убой. Имейте это ввиду.
А затем Вацлав встал. Все пятеро ушли. Двое друзей продолжали лежать в русле реки, и нахлёбывать воду от страха и боли. Им повезло, что они остались живы. Но тот образ, который доносился до деревни о Великом, Умном, и Добром Вацлаве, мгновенно развеялся в их глазах.
Сегодня они осознали, что нельзя верить всему, что слышишь.
------------------------------------
* Тонкая и мягкая козья или овечья кожа, специально выделанная и окрашенная в яркий цвет. Сафьян шёл на производство переплётов и сапог.
**Черногоровка – один из видов существ. По мнению славян – это один из приспешников Дьявола. В роман позже будет добавлен Бестиарий.
***Полудурки, люди недалекого ума.
Глава 3: Встреча незнакомцев
Передвигаясь по бренной земле, мужчина, укутанный в красный плащ и шапку, ехал не спеша на кобыле. Проезжая фут за футом, мужчина наслаждался сменой пейзажа. От лесов до гор, от полей до рек. Не было и следов чудовищ.
«Земли Белогорья и вправду невероятное место»
… Так подумал он.
Неподалёку от полей распластались горы с небольшой возвышенностью, кругом леса. А если ещё и прищуриться, то можно увидеть вдали поселения людей. Но это только в его случае, и с его глазами.
Даже с приходом лета, опавшие листья никуда не делись. Копыто за копытом, мужчина ехал не спеша по утоптанной дорожке. Шов листьев не заканчивался. Однако то, что он увидел, навело на него опасение.
(хруст)
Земля начала хрустеть, и темнеть. Там, куда наступил мужчина, земля и листья уже начинали чернеть. Мужчина остановил движение, спустившись с кобылы, потрогал землю, а затем перетёр её для самоанализа.
— Кто-то из птичьих поселился здесь.
— Но это не Гамаюн, и не Приблуда
— И уж точно не Грифон и не королевский Гамаюн.
— Ааа…. Нет! , Пожалуйста, не надо.
Неподалёку послышался крикливый мужской голос. Мужчина в плаще огляделся, приказал лошади оставаться здесь, а затем устремился на крик. Впереди лежала истерзанная когтями мёртвая лошадь. Все её внутренности распластались по земле. Чуть дальше летало чудовище, а на земле лежала опрокинутая с добычей повозка.