— Томагавк, — уверенно назвал свое оружие Фил, с гордостью демонстрируя его друзьям, — наверняка старинный!
— Идем, расхититель гробниц, — произнес Саша, делая вид, что сам абсолютно ничего не стащил, — куда путь держим, братцы? На улице скоро стемнеет, надо бы выбираться из этой обители зла.
Посовещавшись, парни выбрали одну из ряда красных кнопок. Решив, что в подвале наверняка может находиться масса сюрпризов, парни застыли в движущейся кабине лифта, полушепотом обсуждая происходящее.
— Если нас засекут, что делаем?, — спросил Фил.
— Делаем вид, что абсолютно случайно прогуливались по зданию, — Рома улыбнулся, — скажем, что ты наш глупый младший брат, который заблудился.
— А мы тебя нашли, чтобы наподдать, как следует!— согласился Саша. — Приехали.
Двери разъехались, ребята шагнули в сумрачный зал — и мгновенно застыли на месте, пораженные увиденным. В самом центре помещения высилась массивная скульптурная группа, та самая, которая являлась им всем во сне. Множество безликих статуй, изображавших людей с оружием в руках, носивших за спиной крылья, одетых в удивительные одежды.
— Не может быть, — прошептал Фил, — это самое удивительное дежавю на свете!
— Добро пожаловать, — из-под земли вырвались длинные черные плети, мгновенно сковавшие всех троих ребят. Не успев даже понять, что произошло, мальчики оказались связанными по рукам и ногам. Мгновение, и плети подтащили их к скульптурам, прижав к каменным изваяниям. Из темноты появился Гавриил. На сей раз, он отставил театрализацию — и выскочил из укрытия быстро, не говоря громких фраз, быстрым шагом направляясь к хранителям.
— Я вас ждал, — Гавриил подошел к ребятам вплотную и скрестил руки на груди. — Но не для того, чтобы избавиться раз и навсегда. Хотя стоило бы сделать это.
— Не понимаю, — протянул Рома, — это ты отключил наблюдение в здании?
— Наблюдение функционирует на сто процентов, — Гавриил усмехнулся, — дело не в этом. Мне нужен он, — колдун указал на Филиппа. Парень вздрогнул и мгновенно побледнел, — не бойся, мальчишка. Я хочу заключить договор. Вернее, взять с тебя клятву.
— Что?, — выдохнул Фил, — о чем ты?
— Слушай внимательно, — Гавриил приблизился к парню вплотную, — мы заключаем магический договор. Это как печать, ты обязан выполнить его, если понадобится, то ценой собственной жизни. За это я оставляю вам жизни сейчас и выпускаю на волю из здания. Если ты откажешься, то мне не останется ничего, кроме как убить вас троих.
— Чего ты хочешь, — прошептал Филипп, — мою душу?
— Как же современной молодежи запарили мозги книгами и телевидением, — Гавриил поморщился, — повторяй за мной. Я, имя, клянусь…
— Я, Филипп, клянусь…, — повторил парень, неотрывно глядя на колдуна.
— … ценой собственной жизни защищать Даниэля Восточного, какая бы угроза над ним не висела, — закончил Гавриил. Фил вздрогнул и замолчал. Колдун тот же сжал кулак, заставив его пылать, и направил руку по направлению к Саше, — откажешься, и я убью его на твоих глазах.
— Клянусь ценой собственной жизни…, — Филипп закончил клятву. Тут же одна из черных плетей ослабла, позволяя парню освободить правую руку. Гавриил молча протянул ему пылающую ладонь. Сжав зубы, Фил коснулся ладони колдуна и закричал от боли. Пламя проникло под кожу, растворяясь в крови и заставляя кости таять и плавиться. Несколько секунд пронзительная боль наполняла все тело парня. Затем Гавриил отвел ладонь и сделал шаг назад. Фил, задыхаясь, посмотрел на свою ладонь. Ожога не осталось, но теперь парень видел черный крошечный значок на средней фаланге безымянного пальца, словно татуировка в виде креста.
— Теперь ты запечатан клятвой, — Гавриил усмехнулся, — не выполнишь условия, и огонь внутри тебя проснется, чтобы сжечь целиком. Не переживай, первые дозы пламени будут маленькими, чтобы ты понял, что сходишь с пути истинного. Придержешься обещания, будешь цел и счастлив.
— Зачем тебе это?, — прошептал Фил.
— Это мой брат, — голос Гавриила дрогнул, — и его жизни в скором времени будет угрожать страшная беда. Так уж вышло, что лишь ты можешь помочь ему. И, как не прискорбно, сейчас я ухожу, а вы свободны. Путы я снимать не буду, у тебя руки теперь свободны, перережешь их сам. Всего хорошего, хранители!, — колдун развернулся и направился к выходу, — помните, что если вы вновь попадетесь мне на пути, то пощады ждать не стоит.