Словно опьяненный, юноша глупо скалил зубы, до хруста сжимая свои кулаки. Было отвратительно осознавать всю ничтожность собственного состояния, из-за чего Игорь попытался подавить бурю эмоцией, что бушевала внутри…
Сделать это удалось не с первой, и даже не со второй попытки, но в конце концов, Кипиш смог справиться с болью, полностью вытеснив ее абсолютным равнодушием. Казалось, будто подросток потерял душу, оставив за собой лишь тело и разум, которых для преодоления данного кризиса было более чем достаточно…
***
Ночь для Игоря прошла довольно быстро даже несмотря на то, что он не спал, а обязан за это подросток был эмоциональному подавлению. Будучи обладателем совершенного организма, управлять собственным сознанием было довольно просто, и именно это стало причиной его могильного спокойствия.
*Тук!...* *Тук!...*
Стук в дверь не оказался неожиданностью для Игоря, так как он уже давно сидел с активированным магическим зрением, которое продемонстрировало ему вид взбаламученной кровати девушки, ее пробуждение, осознание произошедшего, отчаяние на лице, попытки в спешке привести себя в порядок и наконец, прибытие к дверям кабинета юноши.
— Войдите.
Спокойный тон удивлял даже самого подростка, ныне немного ослабившего хватку над эмоциями, чтобы не показаться живым трупом. Однако когда Анна вошла в кабинет, Кипиш сильно пожалел, что не подавил эмоции полностью, так как вспыхнувшая в его разуме жажда убийства чуть было не высвободила энергию сущности, которая совершенно точно прикончила бы девушку в мгновение ока.
Оказавшись в такой ситуации желать чего-то другого помимо гибели предателей, мало кто был способен, но если бы юноша хотел расправиться с этой парочкой, то сделал бы это еще ночью. Однако Игорь предпочел остановить свои порывы, чтобы расплатиться за поддержку девушки, которая по-настоящему помогла ему оправиться от событий прошлого. Так же, он не хотел убивать Спаса, вложившего многое в благо синдиката и его личных интересов в частности.
— Прости… прости я…
Вошедшая в кабинет девушка застала подростка сидящего в кожаном кресле с абсолютно равнодушным лицом, но все заготовленные ею слова оправдания застряли в горле, не в силах вырваться наружу.
Юноша не стал говорить о том, что знает о ее ночных похождениях. Вместо этого, подросток с интересом наблюдал за тем, как проснувшийся Спас с взъерошенными волосами и испуганным лицом пытался отыскать Анну. Сейчас же он наткнулся на группу авторитетов, которую возглавлял до безобразия воодушевленный Мутный.
— Давай подышим свежим воздухом…
Не обращая внимания на слезы, ручьем бегущие по лицу Анны, юноша перенесся прямиком на замковую площадь, где Витек пытался выпытать расположение Игоря, а уж когда он появился вместе с секретаршей, Спас тут же побледнел словно потерял разом несколько литров крови.
«Ты же ничего ему не рассказала?...»
Именно об этом твердило выражение лица незадачливого любовника, который небезосновательно опасался за свою жизнь, ведь он очень хорошо знал Игоря. По крайней мере, так казалось самому Витьку.
— О, Казанова наш вернулся, и посмотрите ка с кем! Что, уже помирились?... Хотя чего от тебя еще ожидать. Кстати, я тебя искал по поводу той энергии. У меня потрясающая новость! Все получилось! Я смог ее запечатать в копье, так что можно смело отправляться на охоту!
Воодушевление Антона было вполне оправданно, однако реакция Игоря оказалась не такой бурной, как ожидал лучший друг и вместо предвкушающего оскала, Игорь лишь спокойно улыбнулся, оглядев толпу окружающих. В какой-то момент, он хотел было заявить о том, что любовники должны покинуть синдикат и больше никогда не возвращаться, но неожиданно все подавляемые подростком эмоции вырвались наружу…
— Знаешь… Существует столько причин отпустить вас двоих и просто смириться со случившимся… Я мог бы сохранить лицо перед друзьями, мог бы не растерять доверие подчиненных, мог бы избежать порицания родителей и еще много чего мог бы, однако…
*Хруст!...*
Резко изменившийся в лице Игорь, от спокойствия которого не осталось и следа, в мгновение ока сблизился со Спасом, и молниеносным движением пробил его грудную клетку в области легкого.
— Однако кем я буду, если стерплю такое унижение?… Со всеми этими переживаниями я понемногу начал забывать, о своей истинной природе, но спасибо вам за такую прекрасную возможность… Отныне, в моем сердце нет места для сомнений и нерешительности…