– Нет, – ответил он, поднял голову и посмотрел на нее с беспокойством. – Я знаю, что должна была быть боль, но надеюсь, что ты получила хоть какое-то удовольствие.
Изабель улыбнулась и коснулась его лица.
– Немного, – игриво согласилась она. – Госпожа Фицрейнер предупредила меня, что женщине для зачатия нужно наслаждаться совокуплением.
Ему стало забавно, и он хмыкнул.
– Да, я слышал об этом и раньше. Так говорят сарацины. При дворе королевы Алиеноры в Пуату, где я служил в молодости, это было хорошо известно. Не уверен, что мужчин это убедило. Женщинам нравилась мысль о получении удовольствия, но некоторые из них сомневались, что это сделает их матерьми.
– А ты сделал кого-то из них матерьми? – легким тоном спросила Изабель.
Вильгельм рассмеялся.
– Если я скажу, что ни у одной женщины из-за меня не вырос большой живот, то ты можешь подумать, будто я неопытный любовник или не способен зачать ребенка. – Он провел рукой по ее боку, ягодицам и прижал ее к себе. – Я надеюсь, что сегодня ночью доказал: и то, и другое, – неправда. Нет, когда я был молодым рыцарем, я ложился в постель с женщинами, которые знали, как предохраняться, а Клара оказалась бесплодна. После нашего расставания я, в основном, спал один. У меня были кое-какие неприятности при дворе, и я решил, что если уложу какую-нибудь женщину в постель, то это вызовет больше проблем, чем стоит удовольствие. В конце концов это стало привычкой.
– А ты никогда не испытывал искушения ее изменить? – сонно пробормотала Изабель. Она расслабилась, чувствовала усталость во всем теле и прижалась к мужу.
– До этой минуты – нет, – ответил он.
Изабель узнала в ответе учтивость и изысканность манер придворного, но услышала и что-то более глубокое; она подняла голову с его груди и посмотрела на мужа. Выражение лица у него было расслабленным, глаза усталыми и довольными… В них светились умиротворенность и спокойствие.
– Пока не нашел надежной и безопасной гавани.
Глава 34
– Здесь я провел большую часть детства, – сообщил Вильгельм жене. Они готовились праздновать бракосочетание принца Иоанна и Хавис, наследницы Глостера. – Мой отец был сенешалем, и мы с братьями обычно бросали мелкие камушки друг в друга вон из того окна. – Он показал сквозь открытый вход в их шатер на бойницу, расположенную высоко на башне. – Мы жили в той комнате. На стенах была красная драпировка, а мы все спали на одной кровати, словно щенки из одного помета гончей, – в голосе появилась ностальгия. – Король Генрих забрал Мальборо у моего отца вскоре после того, как сел на трон. Я не был здесь с десяти лет и сейчас испытываю странные ощущения.
Ощущения на самом деле были странные. Подумать только – принц Иоанн проведет свою первую брачную ночь в бывшей комнате Вильгельма, где тот жил в детстве, в то время как сам Вильгельм со свитой спит в шатрах вместе с остальным двором. Замок предоставили только свите короля. Ричард вернулся в Англию, шла подготовка к коронации, и он ехал в Лондон через какие-то свои владения на юге. Завтра шатры снимут, и двор направится в Виндзор.
– Но, по крайней мере, твоя семья снова получила Мальборо, – рассудительно заметила Изабель. – Король доверил его твоему брату. Ты сможешь приезжать в эту комнату, когда захочешь.
Вильгельм буркнул себе под нос что-то неопределенное, взял пояс с мечом у Жана и сказал, что сам его застегнет. Он отпустил Джека, чтобы дать ему возможность побыть с отцом, который стоял лагерем в другой части двора. Отцу с сыном предстояло обсудить неприятные вопросы, поскольку Иоанн Маршал недавно сочетался браком с тринадцатилетней дочерью землевладельца из Суссекса Адама де Порта.
– Все не так, – сказал Вильгельм. – Назад вернуться невозможно. – Он застегнул пояс и одернул рубашку. – Готова? – спросил он, протягивая жене руку. – Пойдем попусту тратить время.
Изабель положила руку ему на рукав, показывая, что готова. На ней было розовое платье, в котором она выходила замуж. Хотя теперь у нее были и другие красивые наряды, этот все равно оставался любимым. Она только украсила рукава золотой вышивкой и жемчугами.
– Тебе здесь не по себе, – поняла она. – Ты смотришь на дом и ходишь кругами, как пес, который почуял, что что-то не так.
Вильгельм потер шею сзади. Он быстро узнавал, насколько проницательна Изабель и как она чувствует его настроение. Улыбка и веселые слова могут обмануть остальных, но не его жену, с которой он живет вместе всего шесть недель. Она задавала ему вопросы, или прикасалась к нему, или так выразительно смотрела на него, что у него создавалось ощущение, будто Изабель сняла с него кожу и выставила открытую плоть напоказ.