Венецианка почувствовала, что лучше покинуть Селима, и побыть наедине с собой. Он причинил ей боль, но всё закончилось хорошо. Нурбану удалось сохранить честь. Она ещё сможет отдать её более достойному. А может, стоит попросить сослать её? Выдать замуж? На данный момент, девушка не хотела видеть наследника.
Селим, со скорбью смотрел вслед уходящей наложнице. Какие мысли посетили её черноволосую голову? Она ненавидит его, верно? Как исправить свою ошибку? Шехзаде тяжело вздохнул, он подошёл к столику у кровати и налил из кувшина себе вина. Понимая, что не видит решения проблемы, юноша осушил бокал, потом следом налил себе ещё и его осушил. Затем наследник схватил кувшин и забросил его в дальний угол комнаты. Только сейчас пришло осознание случившегося. Шехзаде сел на кровать и провёл по волосам рукой с силой, надавливая на лоб.
А тем временем, Нурбану отправилась в хаммам, чтобы смыть с себя все следы касаний Шехзаде. В детстве она читала сказки о порядочных и добрых принцах, о сильных и смелых и мечтала, что когда-нибудь тоже полюбит принца из сказки. Так и случилось. Но, Селим оказался совсем не таким, каким представляла себе юная Сесилия. Девушка, желая смыть следы ночного позора, взяла мочалку. Она начала грубо растирать себе кожу, так что оставались красные полосы. Сессилия плакала и вымывала своё тело.
Тяжёлые воспоминания о юности накрыли её волной, девушка услышала ласковый и до боли родной голос брата.
- Ты больше не невеста, Сессилия - сообщил ей Баш, когда они завтракали в его покоях. Девушка положила в рот куриную ножку, и прожевав, спросила:
- Как? Разве Оливия не собирается....
- Он умер - перебил ее Себастьян, а затем потупил глаза в пол и тише произнес: - я убил его. Твой жених мертв - произнес юноша, надеясь на то, что его сестра больше не будет плакать и страдать по своей загубленной судьбе. Себастьян любил сестру и та отвечала взаимностью.
- Ты это сделал ради меня? - с холодным равнодушием произнесла девушка, ей даже не стало жаль бедного Августа - названного жениха Сесилии. Он был старым и беззубым мужчиной, но богатым, чем и заслужил одобрения у Оливии.
-Да. Ты ведь моя сестра, моя драгоценность - произнес Баш, а Сесилия прослезилась от радости и налила в чашку горячего чая: - Спасибо тебе. Давай отпразднуем мою свободу - и оба засмеялись.
Нурбану сидела на мраморной плите, опираясь о холодные стены хамама.
- Как ты там Себастьян? - со вздохом произнесла наложница Шехзаде Селима, не обращая внимания на то, что служанки отчаянно пытались достучаться до нее. Та утерла слезы и встала, а затем открыла дверь, позволив им вымыть себя. Вероятно, Арзу Хатун приказала ждать Нурбану у хода в хаммам, а когда понадобится, то помыть её.
Наступило утро.
В просторные покои, выполненные в персиковых, оранжевых и коричневых тонах с преобладанием в интерьере текстиля из парчи, бархата, шелка и органзы, ступала лаковыми туфельками по роскошному персидскому ковру с длинным ворсом, одетая в атласное платье сапфирового оттенка с парчовыми вставками рыжеволосая Хасеки Хюррем Султан. Ее некогда ярко-рыжие волосы со временем потеряли былой блеск, отдав место седине, что крупицами оставляла свой след. Волнение и страх за жизнь своих родных и любимых наложили грузный отпечаток на лице Госпожи в виде множества морщин.
Михримах стояла у дивана в приемном зале, сложив руки перед собой. Облаченная в голубое атласное платье с множеством дополнений из россыпи камней, что сгустками были усыпаны в разных местах, Госпожа улыбнулась, когда увидела мать, чем и вызвала ее ответную улыбку. Затем пригласила присесть и сказала:
- Валиде, надеюсь все хорошо? Почему Вы так поздно пожаловали?
- Все хорошо, моя красавица. Я просто соскучилась по тебе и моей любимой внучке Хюмашах. Я волновалась за вас - призналась рыжеволосая Госпожа. Михримах посмотрела серыми глазами на сонную дочку и сказала:
- к сожалению малышка спит, но Вы напрасно волновались. У нас все хорошо. Да и к тому же я ведь вчера заезжала к Вам.
- Михримах, когда закончится поход не известно. Селим скоро уезжает. Может ты поживешь в ТопКапы? Ты ведь помнишь? Это твой дом - нежно и заботливо произнесла Хюррем. Госпожа солнца и луны задумалась, а может быть и правда переехать? - Селим скоро уезжает, останется лишь Махидевран со своим сынком...
- Хорошо мама, я перееду. А Селим почему уезжает? - поинтересовалась красавица-Султанша, ведь она думала, что ее брат дождется завершения похода.
- Мустафа не нуждается в помощи брата. Он, как регент престола отправляет моего сына в свой санджак – Хюррем нахмурилась. Она переживала за будущее своих детей. Селим будет далеко, если вдруг что-то случится с Султаном в походе. Мустафа рядом. Ничто не помешает ему занять престол.