- Она умирает. Быстрее лекаря! – произнёс Селим, и продолжал держать девушку на руках, сидя на коленях на холодной и сырой земле. Ни дождь, что лил, не переставая, ни холодные порывы ветра, ни снующая туда-сюда, стража – ничто не волновало сейчас наследника. Лишь жизнь возлюбленной. Нурбану дышала тяжело и редко.
- Держись, Нурбану. Только прошу тебя, не умирай – молился над девушкой Шехзаде. Серхат с лекарем бежали в сторону наследника.
А в это время, Хюррем Султан сидела перед камином, всматриваясь в огонь. Елена массажировала ей виски, и Госпожа пыталась успокоиться. Мысли её были заняты детьми и мужем. Шехзаде Баязидом, который сейчас находился на войне с отцом. Он мог погибнуть в любую минуту, как и сам Султан. Хюррем молилась за здоровье любимых каждое утро, надеясь помочь им молитвами. Также Хюррем переживала за Шехзаде Селима, который сейчас находился в дороге со своим гаремом.
- Нет вестей от Шехзаде Селима, Арзу? – спросила Хюррем у своей верной служанки, которая закончив все свои дела, находилась рядом.
- Госпожа, дороги размыты. Дождь идёт уже пятый день. Вероятно, они задержатся в пути. Конья находится далеко – пыталась, как можно спокойнее, ответить хазнедар гарема.
- Сердце болит, Арзу. Ноет так. Я переживаю – Хюррем устало перевела взгляд голубых глаз на служанку, а в камине затрещали дрова.
- Госпожа, выпейте отвар ромашки. Я заварила. Это поможет Вам успокоиться – служанка подошла к тумбочке, и налила жидкость в позолоченный стакан. После протянула Хасеки. Хюррем послушно выпила напиток, а после встала:
- расстелите постель, и принесите воду, чтобы умыться – приказным тоном сказала Султанша. Арзу Хатун кивнула Елене, и та покорно пошла выполнять приказ.
- Как моя дочь? Ей покои пришлись по душе, Арзу? – спросила Госпожа, снимая рубиновые серьги – подарок повелителя. Хюррем стояла у большого зеркала во весь рост. Она смотрела на себя. Отражение её радовало. На свои не полные, сорок лет, госпожа выглядела хорошо. Волосы, некогда ярко-рыжие лишь немного утратили блеск, голубые глаза всё также светились, а нежная светлая кожа не грубела. Она была всё также нежна, лишь несколько невзрачных морщинок поселились на лице. Хасеки провела по ним пальцами.
- Она довольна, Госпожа. Айше Хюмашах только расстроилась, что Шехзаде Ахмед уехал. Теперь ей не с кем играть – доложила Арзу, держа в руках деревянную шкатулку, куда Хюррем и положила серьги.
- Ничего, она привыкнет. Я слышала, скоро Шарифа приедет. Кажется, у неё двое детей – Шехзаде Ибрагим и …как же – Султанша задумалась, пытаясь вспомнить имя дочери Шехзаде Мустафы. Но так, и не смогла. Она видела фавориток Мустафы довольно давно. Тогда ещё Шарифа Султан только родила Шехзаде Ибрагима
- Бирсен Султан – помогла Арзу госпоже.
- Да, точно. Бирсен – согласилась Хюррем. Она расчесала свои волосы, и проследовала к кровати. Арзу Хатун и Елена помогли лечь Хасеки Султан. Они ещё не знали, какая беда настигла в пути Шехзаде Селима.
В Гриффинпауэре утро выдалось жарким. Яркие солнечные лучи озарили дворец короля медовым блеском. Небо ясно-голубое не пропускало ни облачка, ветер успокоился. Стояла тишина. Жители радовались тёплому летнему дню, выходя на улицы с улыбками на лицах. В парках установили фонтаны и пускали воду из них. Птицы пели свои трели. Все радовались и благодарили Святого Кьюппи за новый день.
Ничего не предвещало беды.
Принцесса Глафира устала жить под запретом. Мать строго следила за ней, и не выпускала прогуляться даже по саду. Из-за Черми – шарлотана и разгильдяя, каковым считала его девочка, её лишили свободы. Она не желала мириться с запретами и сбежала на улицу, когда стражники сменялись.
Светловолосая девочка, одетая в жёлтое платье, гуляла по улице Гриффинпауэра. Она проходила мимо лавок, мимо домов, и садов, мимо деревьев и кустов. Глафира наслаждалась красотой своей страны. Она любила бывать среди простого люда.
В это время, в своих роскошных светлых покоях, выполненных в бежево-розовых оттенках, Королева Эва получила известие, что Принцесса сбежала. Женщина была разозлена на стражников и приказала запереть их в темнице. Вместо них она отправила своих верных людей на поиски девочки.
- Как ты могла упустить её, Лина? – недовольно произнесла Эва, и её глаза изменили оттенок из светлого на тёмный.
- Простите, Ваше Высочество – плакала сидя на коленях перед ней служанка Королевы, которой было поручено смотреть за королевской дочерью. Рядом сидела ещё одна девушка – няня девочки, и её служанка Анита. Отругав свою служанку, королева перешла на няню: