- Я сбежала – с улыбкой произнесла девочка и осмотрелась по сторонам, взмахнув светлыми волосами,- только тс-с-с – Глафира приставила палец к губам. На лице отразилось озорство.
- Гулять одной слишком опасно, моя Принцесса – ласково произнёс Роберто, и взял малышку за руку. Девочка, на удивление, его послушалась и не стала прекословить.
- Я отведу Вас во дворец – оповестил конюх, и они направились в сторону дома девочки. Хоть Глафире и не хотелось покидать город, но она понимала, что мать волнуется и нужно домой. По дороге они весело смеялись, громко разговаривали и играли в словесные игры.
Османская Империя, в это утро, погрузилась в непогоду. С утра лил проливной дождь, как и вчера, как и позавчера, как и всю неделю. На улице было сыро, пахло свежестью. В саду не погуляешь, по парку не пройдёшься, на лодке не прокатишься. Оставалось одно – сидеть в покоях и читать книги или слушать, как их кто-то читает.
В покоях Махидевран Султан царила тишина и спокойствие. С самого утра Султанша погрузилась в шитьё. Махидевран любила вышивать. У одного мастера-художника женщина заказала эскиз для вышивки. Это был тюльпан красного цвета. Махидевран вышивала сыну нижнюю рубашку из бежевого атласа. На рукавах, с обоих сторон, и расположился прекрасный тюльпан – символ правящего рода.
Её, царственно сидящую на тахте, с пяльцами в руках, застал сын, когда бесцеремонно ворвался в покои матери. Разгневанная Махидевран от испуга выронила иголку. Она встала, прекрасно осознавая, что Шехзаде Мустафа зол.
- Как Вы посмели мама?! – кричал мужчина, его тёмно-карие глаза заполонило гневом, и они казались и вовсе чёрными. В руках наследник держал письмо. Наверное, от брата, раз он был взбешён. Махидевран поняла, в чём дело, но сделала вид, будто не понимает, натянув маску безразличия и оскорблённости.
- Я не понимаю, Мустафа. Что случилось? – потрясённо произнесла женщина, взмахнув тёмными ресницами.
- В дороге на Шехзаде Селима было совершено покушение – начал было объяснять регент престола. Он злился, что мать не признаётся. Значит, она не доверяет ему? Мустафа потряс перед глазами Махидевран отчётом.
- Он мёртв? – с надеждой в голосе спросила Махидевран, понимая, что смогла убрать с дороги своего сына ещё одного наследника. Это придавало султанше сил.
- Он жив. Даже не ранен. Его закрыла своим телом наложница – вдруг Мустафа ощутил горечь на губах, он понял, что угольки любви к Нурбану всё ещё пылали в его сердце. Так быстро такое сильное чувство не угасает. Счастлив тот, кто любит и любим. Но если ты любишь безответно, то любовь превращается для тебя в вулкан с раскалённой лавой. Она поглощает тебя. Ты сгораешь каждый день от этого чувства. Таковым себя ощущал и Мустафа. Хоть и Сечиль Хатун смогла на время заставить его забыть Нурбану, хоть он и отвлекался государственными делами, книгами и тренировками с саблей, но прекрасная венецианка вставала в его памяти, маня к себе и призывая страстным взглядом золото-зелёных глаз, словно у кошки. – Нурбану – уже тише произнёс Шехзаде. Он пережиал за девушку, которая, по донесению Лалы, лежала уже третий день в лазарете. Она была слаба и лекари не давали никаких гарантий на жизнь.
- Нурбану спасла его? – Махидевран и сама не заметила, как выдала себя поведением. Она разозлилась и присела. В прочем, женщина никогда не умела хорошо заметать следы за собой. Она всё время пряталась за чью-либо спину. Сначала это была Валиде Султан – мать Султана, потом Хатидже Султан – сестра Султана, сейчас это её союзник – Рашид Паша.
- Значит, Вы приложили руку к этому нападению – присаживаясь рядом со злостью произнёс Мустафа. Догадаться было не сложно. В гареме только Махидевран могла так поступить. Хюррем и Михримах не будут трогать своего сына и брата. Поэтому, либо Мустафа, либо Махидеввран. Наследник не отдавал подобного приказа – значит, это сделала его мать.
Махидевран больше не стала притворяться. Она поняла, что сын не враг ей. Женщина взяла руки сына в свои и ласково, заботливо произнесла:
- Меня не волнует никто в этом мире, Мустафа. Только ты и твоя жизнь. Тебе известно о законе Фатиха. Один из сыновей султана останется в живых. Один сможет править. И если путь к спасению твоей жизни лежит через трон, то я готова.
- Мама – уже спокойно произнёс мужчина и тяжело вздохнул: - как Вы не понимаете. Это опасно для Вас. Если только тень сомнения Повелителя падёт на Вас, то я не смогу помочь. Не смогу спасти Вас – наследник засмотрелся в пустоту, куда-то вглубь покоев. Он вспомнил, как отец поступал с предателями. Султан Сулейман был справедливым правителем, но беспощадный к врагам.