Турхан Хатун, узнав , что Селим снова проводит время с Нурбану, расстроилась. Она легла на постель и отвернулась. Султанша предпочла жалеть себя, нежели чем-то заняться. Она устала ждать того самого дня, когда Шехзаде призовёт её к себе. Девушка каждый вечер собиралась, но в последние дни, Селиму было не до неё. Это очень огорчало фаворитку, и она вообще замкнулась в себе.
Нурбану сидела в комнате фавориток, в руках у неё находился бутылёк с синеватой жидкостью, который ей удалось купить на рынке у одного торговца тайно. В это время Шехзаде Селим отвлёкся на Серхата, а Нурбану купила яд. Она крутила его, раздумывая: стоит ли делать то, что задумала. Нужно ли мстить фаворитке Шехзаде. Долгое время Турхан подливала в питьё ей средство против беременности. Венецианка обозлилась на соперницу. Она понимала, что становится коварной, зло поселяется в её душе. Но простить обидчице её поступок не могла. Стерев, со щеки слезу, девушка положила бутылёк в лиф оранжевого платья. Для себя она всё решила.
Турхан Хатун лежала на кровати, отвернувшись к стенке. Иногда были слышны её всхлипы. Нурбану понимала, что соперница плачет. Она поймала себя на мысли, что не жалеет её. Она считает, что девушка заслужила страдания.
- Турхан Хатун – в комнату вошла Гюмюшь Хатун. Женщина служила в гареме в Конье хазнедар. Она вела все дела гарема, выбирала фавориток и отчёт давала хранителю покоев наследника. Серхат Ага каждый месяц просматривал отчёты о тратах в гареме, смотрел: кому стоит добавить или отнять жалование.
Нурбану встретила хазнедар с почтительным поклоном и улыбкой на губах. Она знала, что с такими людьми лучше дружить. Гюмюшь была справедлива и относилась ко всем одинаково, чем заслужила уважение фаворитки шехзаде.
Турхан никак не отреагировала на вошедшую Хатун. Она так и продолжила лежать в постели, отвернувшись к стенке. А что могла сказать хазнедар. Не на хальвет же позвать она пришла её.
- Турхан, ты слышишь меня? – женщина средних лет, лицо которой уже покрывала мелкая сеточка морщин, подошла к кровати фаворитки шехзаде . Она потрясла девушку за плечо и та обернулась. Милое личико Турхан распухло от слёз. На щеках светились мокрые дорожки, а глаза были красными. Гюмюшь испуганно приложила руку к губам, широко открыв глаза.
- Тебя Шехзаде позвал, Хатун. Но на кого ты похожа? Разве можно так издеваться над собой? – негодовала женщина. – А ну, быстро иди в хаммам – произнесла Хатун уже более ласково. Она жалела девушку, Турхан в гареме ничего плохого не делала. То, что они ругались с Нурбану, мало кто знал, поэтому к фаворитке наследника Гюмюшь относилась тепло.
Турхан тут же воспряла духом, услышав о призыве Господина. Её опухшее от слёз лицо, озарила приятная улыбка. Девушка принялась вставать и готовиться. В сундуке она выбирала на вечер платье.
- Не переживай, Гюмюшь. В хаммаме я смою все следы слабости – с улыбкой произнесла фаворитка. В это время в покои вошла её вторая служанка, светловолосая албанка с голубыми глазами. Она была низкого роста:
- Турхан Хатун – поклонилась девушка.
- Вот, подготовь мне это платье – протянула Турхан, сложенный в несколько раз желтый наряд. Девушка взяла его и с поклоном вышла.
Турхан, собрала банные вещи и тоже покинула комнату, оставив Нурбану одну. Милое личико венецианки исказила гримаса злости и ревности. Девушка почувствовала, как ненависть заполняет душу, как будто в сердце втыкается острый кинжал или разжигается огонь. Было больно и обидно. Они ведь так хорошо гуляли вместе сегодня. Почему он изволил позвать Турхан? Опять измена?
В гареме такие правила. Все рабыни служат наследнику. Он может любую призвать к себе в покои на ночь, и остальные должны смириться и покорно ждать своей очереди. Но, Нурбану была не из тех, кто отличается кротостью и покорностью. Она не хотела мириться с правилами. Кроме того, перед глазами был живой пример в виде султанской жены – Хасеки Хюррем Султан. Нурбану мечтала идти по такому же пути, мечтала быть у Шехзаде только одной. Но получится ли? Сегодня она засомневалась в этом.
Селим, ещё вчера, читал ей стихи о любви, написанные своим отцом для Хюррем Султан, клялся в том, что она единственная и неповторимая, а сейчас позвал на ночь Турхан. Нет, терпеть она не будет. Нурбану теперь была точно уверена в своём плане. Она сделает это.
Спустя некоторое время, когда вечер окрасил небо над Коньей в бардово-оранжевые оттенки, Нурбану изо всех сил бежала по корридорам дворца. Она боялась опоздать, и тогда всё пойдет прахом. Черноволосая венецианка спешила попасть в покои наследника первой. Она придёт туда раньше Турхан. Завернув за угол, девушка продолжила путь, путаясь от скорости в подоле оранжевого платья с вышивкой из цветных лент. Для того, чтобы одежда не мешала, девушка приподняла подол и ещё больше ускорила шаг.