В самом деле. В городских воротах показалась толпа людей. Они бежали... бежали к их дому.
- Мы слишком много выпили, - проговорил Луис сквозь слёзы, - мы подрались... Я не хотел... Он упал на спину и... умер. Себастьян, спрячь меня! Что же мне делать?!
Но Себастьян уже знал, что надо делать. Он сорвал с себя рубаху: нельзя было терять ни секунды.
- Надень это и дай мне твою одежду, - скомандовал он. - Скорее! Перестань дрожать. Теперь беги через заднюю дверь в горы и не возвращайся как можно дольше. Беги, брат, беги!
Ещё чуть-чуть - и было бы уже поздно: послышались удары в ворота дома и топот бегущих ног. Мгновение спустя городская стража в окружении разъярённой толпы ворвалась в дом.
Юноша стоял неподвижно, тяжело дыша. Волосы его были растрёпаны, а одежда запачкана кровью. Стражники надели на него наручники, а он и не думал сопротивляться и покорно отправился с ними в городскую тюрьму.
Несколько дней спустя состоялся суд. Себастьяна приговорили за убийство к смертной казни. Почти все жители города собрались в зале суда, чтобы посмотреть на преступника. Когда суд закончился и зеваки, сидя в тавернах, обсуждали происшествие, все говорили одно и то же:
- Как он был спокоен! Он не сказал ни слова в свою защиту, не просил сохранить ему жизнь, не выказал ни малейшего страха! "Вы видели пятна крови на моей одежде. Мне нет оправдания", - вот что он сказал!
- А где же его братец? - спрашивали другие. - Почему его не было на суде? И на работе он не показывается. Что он, так стыдится брата, что оставляет его в последний час одного?
Никто не мог дать ответ. А через несколько дней Себастьян был казнён. Жизнь за жизнь!
Луис скрывался в горной деревушке много недель. Он сменил городскую одежду на крестьянскую и нанялся к одному фермеру убирать урожай. Вначале он не отваживался покидать своё жилище. Каждую ночь ему снилось это ужасное убийство и преследование, и Луис просыпался в холодном поту.
Но время шло, и с каждым днём он становился спокойнее. Он горько раскаивался в убийстве товарища и страстно желал увидеться с братом.
"Может быть, они уже перестали меня разыскивать? -думал он. - В следующий базарный день я спущусь переодетым в город и постараюсь поговорить с Себастьяном".
Он отрастил бороду и загримировал своё лицо: теперь никто не смог бы его узнать. Одетый в крестьянское платье, он затерялся среди погонщиков мулов и беспрепятственно добрался до городского рынка. Здесь, в рыночной толчее, он попытался разузнать, что происходит в городе, и осторожно повернул разговор на недавнее убийство.
- Я слышал, этот негодяй скрылся, - сказал Луис. - Его всё ещё ищут или уже нашли?
- Наша стража сейчас никого не ищет! - собеседник в изумлении уставился на Луиса. - Его они схватили в тот же день, судили на той же неделе и казнили два дня спустя. Вот это называется правосудие! Впрочем, есть одно странное обстоятельство: его брат исчез в тот же день и больше не появлялся. Говорят...
Но что говорят, так никто и не услышал, потому что Луис вдруг как-то странно, отчаянно вскрикнул и бросился бежать с торговой площади.
Слёзы застилали ему глаза, но он всё-таки добрался до дома судьи и почти силой вломился в него.
Когда судья вышел на шум, Луис упал к его ногам.
- Вы убили невиновного! - снова и снова повторял он, захлебываясь слезами. - Это я, его брат, убийца! Казните и меня, мне больше незачем жить!
Судья оставался холодным:
- Закон гласит: жизнь за жизнь. Откуда мы могли знать, что твой брат не виновен? Его одежда была в крови, и он отказался от защиты. Дело закончено. Уходи. Советую тебе держать язык за зубами и не устраивать беспорядков.
Когда Луис, ничего вокруг себя не видя, повернулся, чтобы уйти, судья вдруг снова обратился к нему:
- Постой, ты единственный брат казнённого?
- Да. Других братьев у него нет.
- У меня есть для тебя письмо. Осуждённый написал его в спешке и отдал мне на хранение перед казнью. Сейчас я велю его принести.
...Луис сидел в своём старом доме, где они с братом провели столько чудесных вечеров в детстве и отрочестве. Слёзы из его глаз всё текли и текли... Солнце уже садилось, когда он наконец вскрыл письмо. Оно было очень коротким. Луис перечитывал его вновь и вновь и выучил наизусть.
"Милый брат! Сегодня утром я умру. Умру добровольно, в твоей окровавленной рубашке. Умоляю тебя: живи в моей чистой одежде. Помни, что с тобой моя любовь. Да благословит тебя Господь!
Себастьян."
И Луис понял, что хотел сказать ему брат. Прежний ничтожный человек, который жил лишь для себя, дрался и убивал, - этот человек должен считаться умершим в тюрьме. Человек, который любил, страдал и пожертвовал собой, - должен продолжать жить. Так должно быть!