Бог снизошёл к нам в личности Христа и умер, заплатив за грехи мира, а затем воскрес, чтобы быть нашим Спасителем и другом.
Если ты придёшь к Нему со СВОИМИ грехами и уверуешь в Него как в ТВОЕГО Спасителя и друга, ты будешь иметь жизнь вечную.
КЛЮЧ. "Ибо так возлюбил Бог... что отдал Сына Своего Единородного, дабы... верующий в Него, не погиб, но имел жизнь вечную" (Ин. 3:16).
МОЛИТВА. Господи, я знаю, что Ты возлюбил мир и умер, чтобы спасти грешников. И сегодня я приношу мой грех к Твоему Кресту. Я хочу исповедаться в нём. Прости меня! Я верю, что Ты любишь меня.
Я признаю Тебя моим Спасителем и предаю себя в руки Твои, дабы быть Твоим вечно!
Я вставляю своё имя в этот стих.
ПОДУМАЙ: чувствуешь ли ты - и разумом, и сердцем - что можешь сказать: "...живу верою в Сына Божия, возлюбившего меня и предавшего Себя за меня" (Гал. 2:20)?
V. Я ВЕРЮ В СВЯТОГО ДУХА И ПРИСУТСТВИЕ ГОСПОДА В НАС
Получение Святого Духа (См. Ин. 14:15-23)
18. Стук в дверь
С тех пор, как Мэгги вышла замуж, вся её жизнь протекала вблизи большого замка на холме. Сюда, в маленький дом на берегу реки, вступила она ещё невестой и здесь же родила и вырастила своих детей. Вскоре после того, как она поселилась в этих окрестностях, принц Альберт перестроил замок. Массивная башня из настоящего гранита возвышалась над округой и издали казалась высеченной из монолитной скалы. Позади замка возвышался могучий горный пик, а впереди расстилались королевские сады и луга, полого спускавшиеся к реке.
Соседи считали Мэгги счастливой женщиной: её муж -Робби - был удостоен звания королевского садовника и получал за свой труд неплохие деньги. По вечерам Мэгги с детьми усаживались вокруг отца семейства и засыпали Робби вопросами о жизни обитателей замка. Рассказы его становились особенно захватывающими, когда в усадьбу съезжались все члены королевской семьи. Как правило, это случалось летом. В ту пору на холмах зацветал вереск и начинали наливаться рябиновые кисти. На закате дня Мэгги с мужем и детьми любили сидеть на крыльце, увитом жимолостью. Робби потягивал трубку и подробно рассказывал обо всём, что случилось за день в замке: юные принцессы резвились в саду (нет, папа никогда не мог запомнить их наряды!), а юные красавцы-принцы в шотландских юбочках куда-то ускакали верхом вместе со своим отцом, принцем Консортом. Её величество, в ту пору ещё молодая женщина, часто прогуливалась по саду. Каждый раз, встречая Робби, она ласково приветствовала его и расспрашивала о жене, детях...
Время от времени в замке устраивали приёмы и балы, и тогда муж Мэгги взахлёб описывал экипажи гостей, плюмажи, прекрасных леди... Иногда Робби по приказу королевы доставлял срезанные цветы во внутренние покои замка и попутно заглядывал на кухню, чтобы посмотреть на блюда, готовящиеся для королевской трапезы. Больше всего любил эти рассказы маленький Энди, упитанный и прожорливый малыш. Не раз вся семья добродушно смеялась над ним, когда он, сидя на коленях у папы Робби, облизывался на воображаемые яства.
Но те счастливые года миновали. Принц Альберт умер, и королева в одну ночь поблекла и состарилась. В замке Балморал больше не давали весёлых балов. Робби по-прежнему верно служил её величеству, пока однажды зимним вечером не вернулся домой, беспрерывно кашляя. Он умер от воспаления лёгких накануне Рождества и был похоронен на местном кладбище, оплаканный женой и детьми, и декабрьский снег укрыл белым саваном свежую могилу... Сама королева горевала о своём садовнике. Она прислала Мэгги письмо с выражением соболезнования и назначила ей пенсию. Для бедной женщины это было очень большим утешением и поддержкой. Что ж, и она, и её величество - обе стали вдовами...
Дети выросли и разъехались кто куда: дочери вышли замуж, сыновья работали в городе. Они всё время звали Мэгги к себе, предлагая ей поселиться у кого-нибудь из них, но разве могла она покинуть свой старый дом, замок, могилу Робби? Дети часто навещали её, но зимой все дороги занесло снегом, и тогда старая женщина оставалась наедине со своими думами и ревматизмом.
В тот год зима выдалась особенно суровой: местные жители не могли припомнить таких жестоких морозов.
Снежные заносы на много дней отрезали их селение от внешнего мира. Продовольствие и топливо было скудно и дорого. Мэгги спасала её пенсия, но с наступлением холодов возникли дополнительные расходы: надо было утеплить окна да еще заплатить за расчистку дорожки к дому. Деньги кончились быстро, и впервые в жизни Мэгги оказалась в долгах. Она не осмеливалась больше показываться в деревенской продуктовой лавке - ведь ей нечем было оплатить и прошлые покупки. Запасы муки и овсянки подходили к концу. Огонь в печи еле теплился, но она не решалась подложить побольше угля... В сердце Мэгги была такая же безысходность, как в сером небе, нависшем над заснеженной долиной. "Робби, Робби! - жаловалась она тому, кто уже не мог её услышать. - Если бы ты не покинул меня, мне не было бы сейчас так тяжело!"