Визирь знал, что его чиновники взяточники и воры, и надеялся, что совесть украдут прямо в диване. Молодые люди переглянулись и вышли. Мимо привратника они проследовали уже с пустым мешком, совесть осталась за дверью приемного зала.
Викторина, на которую должен был попасть Афанасий Чугунов, проходила по средам, среда была завтра.
Необходимо было где-то переночевать, узнать, как попасть во дворец, как там себя вести, и наши герои отправились к Роде Гуду.
В маленьком доме их встретили с радостью. Битая посуда была убрана, порядок восстановлен; Родион, одетый в новую пижаму, светился от радости и общего благополучия. Дусину щеку, правда, еще украшала свинцовая примочка, но прическа была в идеальном порядке, и свое полное тело она легко носила от жарко горящей плиты к постели выздоравливающего, хотя и бледного сына Пети.
- Садитесь, садитесь! Сейчас ужинать будем, - сообщил Родион.- Дуся самовар поставила, сладких пирогов напекла.
- У нас все с собой...- Афанасий достал десертный обрывок скатерти-самобранки и расстелил на столе, хотя больше был бы рад, если бы хозяйка приготовила что-нибудь соленое, сильно наперченное или хотя бы кислое. Сладкий стол надоел, как надоедает любая диета. Скатерть немедленно покрылась сластями.
- Родя, помоги завтра во дворец попасть!
- Во дворец? - вор задумался.- Сложное это дело, Афоня. Можно, конечно попробовать, хотя и неохота на ночь-то глядя!
- Надо, Родя!-сказала решительно Настя.
- Ну, ладно! Попробуем. Есть у меня мыслишка одна!
Родя Гуд вскочил со стула, подвинул поближе к себе толстый половик, упал на него, ударился и оборотился серым волком.
- Давно ковер надо купить,- пробормотал волк человеческим голосом.Дуся,- закричал он,- жди меня к чаю! Да не забудь еще одну чашку поставить, гостья будет!
- Куда тебя понесла нелегкая! - взвилась жена.- Что вам здесь, ресторан, что ли? Что я, нанялась...
- Во дворец я,- мирно объяснил волк; дикция у него ухудшилась, временами он просто лаял на жену.- Надо украсть царицу Несмеяну! - и, выпрыгнув в окно, он пропал в ночной темноте.
Афанасий достал из-за пазухи Глаз.
- Всевидящий, расскажи о царице Несмеяне,попросил он.
- Царица Несмеяна,- начал громко Глаз, который по позднему времени уже слипался от сна,- в девичестве Марья-царевна. Вышла замуж за царя Салтана Третьего, но в браке несчастна, отчего постепенно стала царицей Несмеяной.
- Почему несчастна? - поинтересовалась Настя.- Ведь царица же? психология русалочьей дочери не отличалась от взглядов широких сказочных масс, которые считали, что для счастья достаточно быть царицей.
- Видите ли,- продолжил Глаз,- дело в том, что царь Салтан Третий алкоголик. Пить начал с молодости, когда был еще рядовым царевичем. Пил и пьет до сих пор исключительно с нужными людьми. Его мамка, графиня Б., в детстве часто говорила ему: "Человека угостить - что дорогу себе поместить". Эта великосветская пословица была в большом ходу среди графов и князей,- Глаз мигнул.- При дворе не завтракают, не обедают, не ужинают, а только закусывают. Строго между нами: во дворце нет канализации, и его величеству приходится пешком ходить на задний двор. Зато есть прекрасные очистные сооружения для самогона. Так вот, несмотря на то, что от пьяного зачатия рождаются известно какие дети, у царской четы нет никаких наследников, даже неполноценных. Хотя принц-дебил вполне устроил бы придворную знать.
- Бедная женщина! - по-бабьи вздохнула Настя.- Я бы от такого мужа ушла. Или завела когонибудь!
- Царица Несмеяна Вторая известна в царстве как верная жена,- сказал Глаз.-Правда, однажды...- он потупился,- однажды...
- Да-а? С кем? - что может быть интереснее для женщины, чем сплетни, а тем более придворные.
- Это случилось летом в отпуске. Царица отдыхала на побережье, а охрану морской границы несли тридцать три богатыря под командованием Черномора.
Больше месяца Несмеяна знакомилась с личным составом отряда,- Глаз был немножечко ханжа.- Но особенно ей понравился Черномор. У старого вояки были шарм и элегантность. Даже девки-чернавки, которые все про всех знают, никогда не слышали, чтобы Несмеяна так хохотала, как в то лето...
- А вот и мы! - крикнул волк, внезапно впрыгивая в окно.
На его спине сидела молодая, красивая, женщина в ночной сорочке и золотой короне.
- Царица Несмеяна Вторая! - представил ее серый волк, затем ударился о землю и опять стал Родей Гудом.
- Мальчики! - взвизгнула царица и повисла на шее Родиона.
- Но-но! - грозно сказала Дуся.- Это мой муж!
- А это чей муж? - царица одним взглядом оценила Дусину фигуру и тут же перенесла свое внимание на Афанасия.
- Это ничей,- Настя решила пока что не вмешиваться в события.
- Почему не в гвардии? - царственным тоном спросила Несмеяна.
- Он мудрец, ваше величество,- пояснил Родя Гуд.- Из несказочной страны.
- Такой молоденький и уже мудрец? Мудрецами становятся, когда женятся и надо кормить детей!
- Он поторопился, государыня царица,- сказал Родион.- А теперь хочет во дворец попасть, загадки разгадывать, в большой царской викторине первый приз получить!
- Поцелуй меня - и завтра ты будешь во дворце! - сказала Несмеяна Афанасию и томно закрыла глаза.
- Целуй! - шепнула Настя.- Для пользы дела.
Афанасий старательно по-братски поцеловал царицу в щеку.
- Бо дворец! - скомандовала Несмеяна недовольно.
Вор-оборотень со вздохом упал на половик, превратился в серого волка и почесал задней лапой оббитый за суетный сегодняшний день бок. Царица села на него верхом и обняла за шею.
- Но-но! - взвилась Дуся.- Держите-ка его лучше за уши, ваше величество. Это будет безопаснее для вас!
- Совсем мальчишка! - двусмысленно прошептала Несмеяна, вытирая после поцелуя щеку, и добавила: - До встречи во дворце, ветреник!
Серый волк вынес ее в ночь.
Наутро гонец принес пригласительный билет на два лица.
Дворцовый комплекс царя Салтана Гвидоновича Третьего был спроектирован в ложносказочном, или, как говорили местные искусствоведы, в псевдофольклорном стиле. А поскольку выстроили его за одну ночь, дворец был сдан с большими недоделками. Но и в таком виде он производил прекрасное впечатление: стены из стандартных золотых и серебряных кирпичей, крыши дворца и башенок - малахитовые, вход и лестница - из мрамора, орнаментированного рубинами и сапфирами.
Рядом с дворцом высилась Башня из Слоновой Кости. Царь Салтан Третий собирал книги, а, чтобы не давать их знакомым царям, королям и даже собственным придворным, складывал их в Башню из Слоновой Кости, для чего в стене башни была сделана дверца, открывающаяся только в одну сторону, а именно внутрь башни. Таким образом, втолкнуть в эту дверь книгу внутрь башни можно было, а получить изнутри нельзя. Была, правда, в башне и дверь, но ключ от этой двери царь нарочно потерял. В этой-то башне был добровольно заперт, жил, хранил библиотеку и писал свои бессмертные критические произведения Костей Бессмертный.
Только одно существо, будучи сытым, находясь в тепле, но не имея свободы, может быть счастливым.
Это человек. Костей Бессмертный был счастлив. Новые книги заменяли ему живой мир, еда регулярно поступала по внутренним каналам, бумага прибывала по бумагопроводу, а чернила текли из специального крана.
Местные писатели на отсутствие критики не жаловались, поскольку критические статьи бывали иногда толще самого произведения.
Однако вернемся к нашим героям. Афанасий предъявил пригласительный билет волшебным воротам, и те долго читали его, шевеля досками. Затем ворота распахнулись, и молодые люди, прыгая через ямы и горы строительного мусора, добрались до крыльца. Дворцовые лакеи, жирные и ленивые, довели их до большого приемного зала.
Они остановились перед огромными дверями из полированного красного дерева, украшенного золоченой бронзой. К ним тотчас подошел герольд с жезлом в руке и с великолепными подвязками на зеленых чулках. Он хищно пошевелил огромными усами и осведомился: