— Малыш, — произнесла Мия, глядя на награбленное. — На это мы сможем купить столько еды, сколько ты не сможешь съесть и за… — Тут Мия задумалась. Она хотела сказать «и за месяц», но в это ей верилось совсем слабо, поэтому она пробормотала: — …И за день, наверное. Все. Бери повозку и пойдем!
— А как же они? — указал великан на мычащих людей, что висели на деревьях, словно диковинные плоды переростки.
— А что с ними? — не поняла Мия. — Пусть висят себе, отдыхают. Кто-нибудь их потом найдет, освободит.
— Мы не можем их так оставить, — уперся он. — Давай снимем их.
— Ты дурак? Они сразу побегут в город и расскажут про нас! Сначала надо убраться отсюда подальше.
— Я никуда не пойду, — сказал он упрямо и сложил руки на груди.
Мия закатила глаза: ее все больше нервировала неуместная — каковой она ей казалась — мягкосердечность великана. Взглянув еще раз на повозку, в которой было столько денег, сколько она не заработала бы и за неделю беспрерывного труда у Годрика, она смягчилась и все же позволила великану спустить пленных на землю — но с условием, что он не станет их развязывать. Великан кивнул, по одному сдернул пленных с веток и уложил их под дерево. Оказавшись на земле, они стали извиваться и ползать. Мию это очень развеселило. Она даже рассмеялась, подумав, что они выглядят как настоящие черви.
Как только великан уложил на землю последнего, Мия уселась в повозку и сказала:
— Уходим.
Великан поднял повозку вместе с Мией на плечо и пошел вперед. Мия указала ему дорогу к следующему городу, где собиралась потратить награбленные деньги, а затем заработать новые.
Пока они шли, великан все молчал. Мия иногда посматривала на него и замечала, что он с каждой минутой становится все более хмурым. «Кажется, с него на сегодня хватит. К тому же вечереет» — подумала она и решила сделать привал. Остановившись, великан опустил повозку. Мия тут же спрыгнула и стала собирать хворост, а угрюмый великан тем временем уселся на землю. Когда хворост был собран, а Мия уже принялась разводить костер, он все сидел и тяжело вздыхал.
— Прекрати, — недовольно взглянула на него Мия, так как каждый его вздох тушил начинавшее разгораться пламя. — Из-за тебя я не могу развести огонь!
— Ладно, — произнес великан и выпустил такой поток воздуха из носа, что огонь совсем потух.
— Черт! — разозлилась Мия и отбросила палки в стороны. — Да что с тобой?! Ты что, заболел?!
— Нет, — коротко бросил он и замолк. Впрочем, его молчание длилось недолго — через минуту он заговорил снова: — Мы сегодня делали нехорошие вещи. Мне такое не нравится.
— А ты что хотел? Таков путь человека, — с философской ноткой изрекла Мия. — Мне он тоже не нравится, ну а что остается?
— Я не чувствую, что от этого становлюсь человеком. Я больше не хочу таким заниматься. И не буду.
— Что это значит? — изумилась Мия.
— Нам нужно разойтись.
— Чего?! Как это — разойтись? И чем ты будешь без меня заниматься? Бегать по лесам как бездомная белка? Без меня тебе не стать человеком, Малыш. Ты что, забыл?
— С тобой тоже, — расстроенно сказал великан и упал спиной на землю, отчего вся конструкция из палок, которую Мия строила для костра, развалилась. — Я спать. Утром разойдемся.
Мия подошла к нему и произнесла:
— Разойдемся? Как разойдемся?! Ты привел меня в самую чащобу, и я теперь должна сама отсюда выбираться, пока ты на своих гигантских ножищах шагаешь по километру? Ты понимаешь, на что меня обрекаешь? Меня ведь могут съесть какие-нибудь дикие звери… И вообще, что я такого сделала, Малыш? Я только пыталась научить тебя быть более человечным. Мы ведь сегодня много чего достигли… Например, заработали денег. К этому стремятся все люди! И что, ты вот так сдашься? Наконец понял, что людям нелегко, и теперь сдашься? Тогда не надо было вообще задумываться о том, чтобы становиться человеком! Ты слышишь? Слышишь? Я не люблю, когда меня игнорируют!.. Ты же знаешь, я желаю тебе только добра, Малыш. Мы ведь дружим… Или ты больше не хочешь со мной дружить? Но я ведь хочу! Ты мой друг, Малыш! Ты слышишь?!
Она еще долго продолжала говорить, а великан все молчал. Мия даже подошла к его лицу и собралась говорить прямо ему в ухо, но он перевернулся на бок. «Как ребенок!» — злобно прокомментировала Мия и замолчала. Снова соорудив из хвороста домик, она наконец удачно развела огонь.
Когда свет костра растопил ночную тьму, великан вздрогнул. Раньше он видел огонь так близко разве что на факелах, которыми его гнали люди. Мия заметила его реакцию, но говорить ничего не стала. Достав из своей походной сумки плащ, она укуталась в него, легла около костра и стала обдумывать, как дотащить повозку до ближайшего города без помощи великана. Вскоре они оба уснули.