В конце концов, пробившись через десятки, если не сотни представителей нежити, мой головной отряд оказался перед круглой арочной конструкцией с небольшим постаментом по центру. Окружающие этот архитектурный ансамбль гаргульи не подавали признаков жизни, но судя по реакции на них магов, подозрительными они показались не мне одному. Поэтому, решив не проявлять излишний героизм, мой отряд решил дождаться остальные силы и уже с ними разобраться с возможной угрозой.
Чтобы продолжить движение пришлось немного подождать, так как часть участвующих в зачистке подземелья бойцов получили разного рода травмы, и требовали экстренной помощи целителей, которые, во главе с Тимисом и его дочерью, были оставлены у входа в пещеру. Но как только эвакуация раненых была закончена, основные силы экспедиции собрались перед арочной конструкцией и выстроились в боевые порядки.
Первыми в дело вступили арбалетчики, меткими выстрелами не только пробуждая до этого недвижимых гаргулий, но и специально выцеливая у них наиболее уязвимые точки, отчего к строю пехоты подходили уже не машины смерти, а еле двигающиеся калеки. Впрочем, пехотинцы так и не вступили в бой, ведь порождения некромантии уничтожались за несколько метров до их позиций, скоординированными действиями магов Коллегии и Дозорных. Разобравшись с десятком гаргулий, отряды начали рассредоточиваться по пещере в поиске других угроз, а я с основной группой вошёл в центр строения.
Пока маги обследовали сводчатые арки и жаровни, стоящие в случайном порядке, я подошёл к стоящему в центре постаменту, и сняв перчатку, приложил к нему руку. Выскочивший шип пусть и с трудом, но всё же пробил мне руку, после чего окружающее строение вспыхнуло фиолетовым пламенем. Посмотрев на уже затягивающуюся рану, я демонстративно намотал на руку кусок бинта, и одел перчатку вновь, приготовившись к бою. Загадка с жаровнями не стала для собравшихся особой проблемой и уже через несколько минут мы наблюдали, как из центра строения, буквально выныривая из фиолетовой бездны, выполз массивный каменный саркофаг. Как только всё магическое действие оказалось законченным, привлечённые светопреставлением воины других отрядов собрались вокруг арочного строения и следуя моим командам выстроились вокруг саркофага, взяв его под прицел арбалетов и готовых в любой момент сорваться заклинаний.
Так как ничего не происходило, и саркофаг оставался закрытым, я вышел из строя, и стоило коснуться его крышки, как она с грохотом упала на пол. А несколькими секундами позже мы все увидели молодую девушку, которая выпала из ниши. По виду она мало чем отличалась от обычной нордской девушки из верхнего района Солитьюда, если бы не странная одежда и неестественная бледность кожи. За спиной у неё торчал позолоченный тубус.
— Что, где я? Кто вас послал… — произнесла девушка мелодичным голосом.
— Моё имя Эрик Титанорожденный, — внешне спокойно ответил я, сам пребывая в постоянной готовности максимально быстро и жестоко обезвредить вампиршу, — и пришёл я сюда исключительно по своей воле. Как ты понимаешь, не просто так, Серана Волкихар, а с кое-какими вопросами.
— Ты знаешь кто я, а значит мой отец…
— Нет, Харкон ничего не знает, и надеюсь не узнает ближайшие несколько лет. А вот что будет с тобой, зависит напрямую от того, добровольно ты пойдёшь на сотрудничество или нет.
— Эрик, кончай уже распинаться с кровосоской, — видимо утомившись от нашего диалога, сказал Гунмар, — в кандалы её, а потом в пыточную, и дело с концом.
— Не спеши так, друг, ведь каждый имеет право на искупление, даже такие как она. Тем более, она может быть намного полезней, если добровольно будет с нами сотрудничать.
— О чём вы говорите! Я никогда не предам отца! — окончательно пришедшая в себя Серана, не только поняла о чём идёт речь, но и разъярилась, начав трансформацию.
— Что ж, жаль, — пользуясь тем, что моя противница всё ещё не восстановила все свои силы, я нанёс ей мощный удар в голову, отчего хрупкое девичье тело, пусть и со следами трансформации в лорда-вампира, отлетело в сторону.