- Ладно, ступай.
Коротышка ушёл, а толстячок кивнул кому-то за спиной Агея:
- Позовите Зардуса!
Через минуту в комнату вошёл странный высокий и худой человек, неопределённого возраста с пышной седой причёской. А может, то был естественный цвет его волос. По лицу не ясно было, сколько тому лет - тридцать или шестьдесят. Золотые очки на лице показывали, что это явно не какой-то балбес. Одет он был в удушающе узкий чёрный сюртук.
"- Это, значит, Зардус, - подумал Агей. - Посмотрим, что он скажет".
Когда этот седой подошёл к столу, толстячок молча подал ему записку. Прочитав её, Зардус сделал знак кому-то за спиной пленника:
- Парни, выйдите.
Послышались шаги и звук закрываемой двери. По тому, что в кабинете воцарилась тишина, Агей понял, что они теперь здесь втроём.
- Рассказывай, - Зардус кивнул Агею и сложил руки на груди.
Не теряя времени, Агей ещё раз рассказал свою историю.
- Поймите, господа, - сказал он, заканчивая повествование. - Я не шпион и не убийца! А к этому Эфрону я шёл, чтобы друзей спасти! Их, ведь, в любой момент могут увести из города к нефтяникам!
- Что скажешь? - посмотрел на седого толстячок.
- Я думаю, это большая удача, что этот парень к нам попал, - задумчиво ответил тот, почёсывая подбородок. - Я последние дни только и делал, что голову ломал, как к Галогрусам подступиться...
- Так, что? Вытаскиваем этого джигита, узнаём его историю и используем её?
- Нет... - поморщился Зардус. - Тут умнее надо быть. Дело в том, что у Эфрона Галогруса, и правда, был старший брат по имени Лей. Но он умер, когда ему лет пятнадцать было. И похоронен он на элитном кладбище, что Северном уступе. Там уже давно никого не хоронят.
- А откуда этот джигит мог знать про это? - спросил толстячок, нахмурившись.
- Кто его знает... Может, какой-то изгой из Источника что-то знал и выдавал себя, в Пустоши, за сына богача. Я не знаю, что там, но сдаётся мне, эта "важная информация" может оказаться пустышкой. Надо по-другому эту карту разыграть.
- Как же?
- Поедем к Галогрусам! Предъявим этого парня. А потом старика приведём. Если там пустышка, я извинюсь и изложу, что наш комитет хочет от них.
Седой посмотрел на Агея:
- Если ты встретишься с Эфроном, лично, то расскажешь ему, про этого Хтона?
- Конечно, господа, конечно! Но, я вас прошу, помогите! Пошлите своих людей, чтобы вытащили Хтона и остальных из тюрьмы! Ведь их в любую секунду могут увести к нефтяникам!
Зардус посмотрел на толстячка:
- Хилл! Позвони и скажи, чтобы действовали.
Толстячок взял трубку с одного из телефонных аппаратов, нажал на кнопки, набирая номер, и сказал в трубку:
- Это Хилл, кто это? А... В общем, привели к нам этого парня. Ага... Он сказал, что там двое каких-то... Ага... Короче! Берите их в оборот и бегом туда. Там четверо должны сидеть. Их отдельно заприте и разберитесь, что это за тайная тюрьма там такая. Да, как они у вас будут, сразу доложите.
Положив трубку, он спросил седого:
- Мы, что делать будем?
- Отправимся в дом семьи Галогрусов. Только нужно, чтобы и ты поехал и машина нужна, чтобы видели, что мы не босяки какие.
- Прямо сейчас, ночью?
- Богачи поздно ложатся спать. Некоторые в семь утра даже. В любом случае, ждать нельзя, завтра и без этого много дел!
Зардус посмотрел на Агея:
- Кто тебя избил?
- Так эти, два дурака, которых я просил помочь!
Седой молча подошёл к двери кабинете, открыл её и кому-то сказал:
- Отведи этого к Тиму, путь умоет и помажет какой-нибудь мазью синяки.
В сопровождении молодого бойца Агея отвели в помещение, где ему освободили руки и дали умыться над раковиной. После этого мужчина, исполняющий обязанности доктора, помазал парню лицо мазью.
Затем ему на руки снова надели наручники и отвели в зал неработающего магазина, где его уже ждали Зардус и толстячок Хилл. Вместе с ними Агей вышел на улицу, где увидел небольшую интересную машину, не похожую ни на одну из машин, что он видел в Пустоши. Эта маленькая четырёхдверная машина больше походила на полукруглого жука.
На передней двери была изображена какая-то сложная эмблема с мечом и надпись: "Полиция".
Хилл сел впереди, рядом с водителем, а Агей и Зардус на задние сидения. Справа и слева, снаружи машины, на подножки под дверьми, встали по бойцу с красными повязками. Машина тронулась с места, медленно поехав по ярко освещённой улице.