Мирк обернулся на закрытую дверь в комнате и сказал:
- Сейчас скажу вам информацию, которая не то, чтобы очень секретна, но лучше, пока вы здесь, вам о ней не распространяться. И дело тут в том, что вы и сами, наверное, в курсе связи Надана с нефтяниками.
Большой суд над ним и ваши показания там, вскроют эту связь, и тем самым будет нанесён огромный удар по репутации нефтяников. Ты, знаешь, Коляныч, что такое газеты?
- Конечно, - хмыкнул бывший раб. - В каждом городе есть своя газета. В больших прибрежных городах их там куча.
- Верно! - кивнул следователь. - На этот процесс мы привезём много писак из этих газет, и с севера и с юга, и вы расскажете им про то, что знаете. Расскажете про свою нелёгкую жизнь. Можете даже поругать капитана Рамоса, испортив ему репутацию.
- Подождите, - прищурился Коляныч. - Вы, что, хотите испортить репутацию нефтяникам, чтобы вам легче, потом, было прибрать их хозяйство к рукам?
Мирк рассмеялся.
- А ты умён, Коляныч. Мне это нравится! Но, на этот вопрос, позволь мне не отвечать, это вне моей компетенции. Скажу только, что ты думаешь в очень правильном направлении!
- Слушайте! - вдруг сказал Добер. - Ну, допустим, мы согласимся. И как это всё будет проходить? И сколько это, по времени, займёт?
- По времени, к сожалению, не могу дать точный ответ. Всё зависит от того, сколько займёт поимка Надана и его подельников. Они нужны живыми, что создаёт много трудностей. А само действие, для вас, очень простое.
Сейчас вы напишите ещё одно заявление, что не хотите быть кандидатами на гражданство Источника.
Мы с вами, сразу же, уедем на юг, в Новую Надежду. Там у вас будут комфортные условия и хорошая еда. Разумеется, ваша свобода будет несколько ограничена, но это для вашей же безопасности. За то время, что вы проведёте у нас, вы сможете ознакомиться с нашей жизнью и узнать, как там у нас дела идут.
А когда пройдёт суд, сами решите куда вам. Останетесь у нас или мы можем вас выпустить из Пустоши, хоть на север, хоть на юг. Но я бы вам не рекомендовал это. У нас вы будете под охраной, а вне Пустоши на вас будут охотиться и нефтяники и пираты. Зачем это вам?
- Интересное предложение, - задумчиво проговорил Коляныч. - Однако, и вы нас поймите. Ещё до прихода в Пустошь мы наслушались от Елизара о здешних ужасах. О том, какой ваш Сегрегор кровавый и ужасный и как он тут едва ли не младенцев ест на завтрак. И подельники этого Надана тоже рассказывали, как тут плохо и какая во всей Пустоши безнадёга и беспредел. И теперь, вот так вот, поверить вам, что вы к нам претензий не имеете...
- Я вас понимаю! - серьёзно кивнул Мирк. - Я могу, прямо сейчас написать расписку и показать свидетелям, что к вам нет и не будет никаких претензий. А уже к завтрашнему утру могу привезти сюда письменные гарантии вашей безопасности с личной печатью и подписью самого Сегрегора!
И я также понимаю, что вас это не убедит, и вы можете подумать, что когда вы окажетесь в нас в руках, то мы этими гарантиями подотрёмся, а вас сразу же сунем в тесные тюремные камеры.
Это понятно!
Но, имейте в виду, что все наши гарантии увидит здесь много людей. А мы следим за репутацией. И если наши недруги, те же нефтяники, узнают, что мы поймали кучку бродяг, пообещали им жизнь и свободу, а затем "повесили" на них кучу преступлений и вздёрнули на висилице, то они ухватятся за это. Проплатят публикации в газетах и на севере и на юге, дабы испортить нам репутацию.
С одной стороны, может показаться, что это мелочь - ну, подумаешь, обманули беглых рабов-бродяжек. Но, как вы знаете, именно из таких "мелочей" и складывается репутация! А мы за ней следим и если мы вас обманем, то это будет огромный удар по нам.
- Ну, да, удар, - скривился Добер. - Но мы-то к тому времени уже в петле болтаться будем! Нам-то от этого, что?!
Следователь немного подумал и сказал:
- Парни! Я знаю, что вашего друга Константина, по кличке Жерех, нефтяники передали в руки Рамоса, чтобы капитан удостоверился, что вы у них в руках. Мы можем провернуть такой же трюк! Кто-нибудь один из вас, сейчас, может отправиться со мной в нашу столицу. Там посмотрит, что к чему, поездит по другим городкам. Пообщается с людьми. Причём, не с теми, кого мы ему подсунем, а с теми, с кем захочет. Я думаю, несколько дней хватит, что бы понять, что люди у нас живут нормальной жизнью, а не терпят адские муки, про которые вам пел Надан с подельниками.