- А, что именно, тебя смущает? - спросил Вилен.
- Да фиг его знает... Я же вам говорил, мне этот Рафед напоминает Бека. Тоже такой... Открытый, свой парень, а на деле, вон, как тогда вышло.
- Ты это, что?.. - подал голос добер Добер. - Думаешь, что они могут так нас заманивать?
- Не исключаю этого, - поморщился Коляныч.
- А может, зря вы так плохо думаете о них? - предположил Вилен. - Зачем такие трудности? Всё вот это рассказывать: про проводников, про страну чигуров. Они ведь нас здесь могут легко убить. Пригласят, по одному, на процедуры, а там привяжут к столу и там, запросто, могут порезать на куски и смыть в унитаз.
- Всё верно, - кинул Коляныч. - Но, давайте пока не будем головы себе забивать. Подождём, что будет. Ложитесь спать и набирайтесь сил. Днём они нам понадобятся.
Парни вернулись на свои кровати и Агей быстро заснул.
Утро началось как обычно. Включился свет, парни сходили в туалет и вскоре их пригласили на завтрак. После еды, Агей, от нечего делать, начал ходить взад-вперёд по комнате. В голове крутились разные мысли, и парень раздумывал о превратностях местной политики. Настроение было приподнятое и было очень приятно, что о тебе знают все властители этого города, которые и рады бы получить за тебя выгоду, но не могут...
Парень лениво размышлял над этим, как в голову ему пришла интересная мысль.
- Слушай, Коляныч, - подошёл он к кровати, на которой лежал товарищ. - Я вот чего подумал.
- Чего?
- Вот, как-то не логично местные власти, да и этот Рафед поступают.
- Ты о чём?
- Да про нашу выгоду, для властей Источника. Мы же сейчас очень ценные. И нефтяники и Сегрегор, что-то, ведь, за нас предлагают им. Может, не деньги, а какие-то услуги.
- И, что?
- Да, как-то нелогично, брать нас и выпускать.
- Ну, тебе же этот Друг, да и Рафед, объяснили, что потом это можно использовать против них.
- Да, я это понял! Но ведь можно сделать умнее. Допустим, придержать нас, решая, кому выгоднее нас отдать. Или же собрать все вот эти, политические группы и предложить всем проголосовать. Если все решат отдавать нас именно Сегрегору, то выдать нас и тогда уже никто никого не обвинит - все ведь высказались за это дело.
- Так может, они там не могут сговориться? - подал голос Вилен, слушающий их разговор. - Может, одни хотят нас Сегрегору отдать, а другие нефтяникам?
- Может и такое быть, - кивнул Коляныч очкарику. - Однако, в том, что ты говоришь, Агей, что-то есть! Как-то неразумно им брать и нас, таких ценных, выбрасывать, как мусор. Надо это обдумать. Но, в любом случае, хрен мы тут чего надумаем. Надо ждать и смотреть по обстоятельствам. Если дело дойдёт до реального нашего выхода из города, то надо смотреть на проводников, которые нас поведут.
- А чё! - подал голос Добер. - Если они поведут нас, и мы увидим, что это мудаки какие, то ведь от них и сбежать можно, да? А можно, даже, и грохнуть их и стволы забрать, а? Коляныч?
- Неплохая идея, - задумчиво сказал тот. - Но, надо сперва смотреть, что это за проводники. А то, как бы они нас самих не...
Бывший раб сделал руками неприличный жест у пояса.
- Интересно, - сказал Агей. - А сколько их будет, этих проводников? Если их там куча, то, значит, это что-то не то. Зачем столько народу, ради нас, четверых?
- И тут ты прав! - сказал Коляныч. - Там одного-двух человек за глаза хватит, чтобы нас провести. Но, давайте, пока себе голову не забивать. Подождём. К тому же, будем надеяться, что и Хтон о нас, не позабыл.
Агей вспомнил про ночную записку, которая вылетела из головы из-за визита этого Друга...
Через несколько часов в палату заглянул санитар и начал вызывать парней по одному. Коляныч, привычно, двинулся первым. Через пять минут, за ним последовал Добер, потом Вилен. Агей же покинул спальню последним.
То, что товарищи не возвращались назад, указывало на то, что их явно куда-то переводят. Поэтому, покинув комнату и идя в сопровождении двух санитаров по коридору, Агей почувствовал нервное возбуждение. Настроение сразу улучшилось.
Парня завели в комнату, где на столе лежали какие-то тряпки, кои при ближайшем рассмотрении оказались одеждой. У парня забрали халат и быстро подобрали ему одежду - трусы, штаны, рубаху и носки. Вся одежда либо светло-коричневого, либо тёмно-желтого цвета. Часть одежды была похожа на новую, а часть явно уже старая, однако все вещи выглядели чисто отстиранными.
Парень, надев штаны и рубашку, не видел себя со стороны, но прикинул, что он теперь немного походит на рабочих Источника, которых он уже видел на улицах. Видимо так и выглядят начинающие кандидаты, понял он.
После того, как он оделся, ему сковали руки наручниками, и повели по коридору. Путь закончился в тенистом дворике под открытым небом. Навстречу дыхнул горячий жар воздуха, от которого Агей за эти дни уже отвык.
В нескольких метрах от выхода стоял маленький грузовичок с накрытым тентом кузовом. Парня подсадили, и он пролез внутрь кузова, где увидел, что у стен закреплены две лавки. На одной сидели Добер с Колянычем, на другой Вилен. Присев рядом с бывшим библиотекарем, Агей сразу обратил внимание, что товарищи, как и он, одеты в новые одежды. Товарищи в ней смотрелись необычно и даже забавно, но сейчас никто не улыбается и у всех на лицах нарочито серьезно-равнодушные выражения.
Пока Агей разглядывал товарищей в новой одежде, к ним на обе скамейки, у выхода, присели двое кандидатов-повстанцев с красными повязками на руках. Оно опустили тент и грузовик тронулся. Сперва медленнее, потом быстрее. Несколько раз он то поворачивал, то притормаживал и рядом слышались неразборчивые голоса.
Всего через несколько минут поездки, машина остановилась. Повстанцы откинули тент и спрыгнули на землю, скомандовав пленникам:
- Быстро, выходим!
Парни полезли наружу. Осторожно спустившись из кузова на бетонную поверхность улицы, Агей мельком огляделся. Рядом городская улица, застроенная двухэтажными домами. Машина стоит рядом с одноэтажным зданием. Там несколько мужчин открывают дверь, над которой ржавая вывеска с надписью:
ПОЛИЦИЯ
Агей сразу обратил внимание, что двери в этот полицейский участок стеклянные, явно из прочного стекла, как двери в палате, больницы на острове...
Пленников провели внутрь, и они оказались в прохладном маленьком вестибюле, где стояли несколько диванчиков и, левее входа, стол. Ещё левее, проход и напротив входных дверей проход. Парней повели налево. Там Агей сразу же увидел коридор длиной метров семь, справа и слева которого находились решётки. У камеры справа, дверь-решётка стояла отодвинутой. С парней сняли наручники, после чего пленников завели в камеру.
- Закрывай! - сказал кто-то.
Послышался тихий звук электромотора и дверь-решётка подвинулась на место, закрыв выход из камеры.