Он посмотрел на дедка.
- Так-то оно так, позиция неплохая, но парни, у меня, необстрелянные. Да я и сам в бою, последний раз, лет пятнадцать назад был.
- Бойцов у нас крайне мало! - с нажимом сказал коротышка. - Все силы сейчас на стенах и на воротах. Но и у вас тут не калеки, а ребята решительные и будут драться, я уверен. Поэтому, держитесь, сколько сможете! Ты же сам сказал Фрер, что удержите позицию. Так ведь?
- Постараемся.
- Постарайтесь!
Развернувшись, коротышка покинул комнату. Усатый спросил имена новых "санитаров" и сказал, глядя на старика и лысого врача:
- Куда деваться! Ты, Карн, говори, что делать, они исполнят. А ты Фрер, введи их в курс дела.
Старик кивнул и сказал парням:
- Идём, покажу нашу диспозицию.
Покинув комнату, парни двинулись по узкому коридору и через десяток метров вышли в большое помещение.
Агей с интересом осмотрелся. Они стояли на стальном балконе, в почти квадратном помещении, шириной метров в пятнадцать. Потолка видно не было, наверху виднелись переплетения больших труб и несколько стальных балконов.
Балкон, на котором стоял Агей, проходил по трём сторонам зала. В четырёх метрах под балконом находился решётчатый пол помещения. В стене, по которой не проходил балкон, внизу, на уровне пола, виднелся широкий тоннель, куда-то идущий под наклоном. Пол там был в виде стальной решётки и под ней были видны верхние части больших труб.
Справа, в стене напротив тоннеля, в зал входил широкий проход. То был вход из основного коридора. Тот самый, перекрытый стальными щитами. От проход, вниз, в зал, уходила лестница со стальными ступенями. Справа и слева от прохода, перед балконом, вертикально высились, теряясь где-то вверху, две большие трубы диаметром не менее двух метров.
Со стороны зала балконы ограничивали сплошные перилла высотой по пояс. В стенах зала находились многочисленные вертикальные ниши, в которых стояли трубы с большими вентилями. На самом же балконе сидели люди - человек десять повстанцев, вооружённых странными винтовками и виде вытянутых прямоугольников с пистолетной ручкой на конце. Среди бойцов Агей заметил знакомого мужика из полицейского участка. В руках у него тоже была такая винтовка.
Старик показал рукой на зал:
- Вот это наш боевой участок. Видите тоннель? Он ведёт прямиком на Нижнюю станцию, а там сейчас уже нефтяники!
- Фрер! - окликнул его один из бойцов. - Они уже полчаса там, а до сих пор не вышли сюда. Почему?
Старик взглянул на бойца, поморщился, повернулся к парням перед ним, открыл рот, чтобы что-то им сказать, но вдруг повернулся к бойцу и ответил:
- Интересно тебе? Так иди, спроси у них!
Несколько мужиков засмеялись, но большинство даже не улыбнулись. Не улыбнулся и Агей, которому уже выть хотелось от того, что он попал сюда.
- Не пришли они, потому, что не дураки! - громко сказал старик Фрер. - Они разведку провели, увидели, что мы их ждём и не полезли. А сейчас готовятся.
- К чему готовятся? - спросил один из повстанцев.
- К тому, чтобы бошки нам отстрелить, вот к чему! Ещё раз всем говорю - не высовывайтесь и не торчите над бортиками! Позиция у нас отличная! Кто по углам от тоннеля - контролируйте выход из него! Те, кто справа, смотрите на левую стену тоннеля. Те, кто слева, наоборот. Кто здесь, напротив тоннеля, прячьтесь за трубами и держите свою лестницу. Выглядывайте, но не торчите.
Он оглядел всех бойцов в зале.
- Выглянул, запомнил, где противник, отпрянул! - поучал дед. - Потом, выглянул, выстрелил туда, где был противник, отпрянул! Долго на виду не стойте! У них могут быть хорошие стрелки и им всего пару секунд надо, чтобы ваш кочан на мушку взять!
Послышались шаги, и со стороны медкомнаты подошёл лысый медик Карн.
- Парни, - позвал он. - Идём, я одежду выдам.
Когда они втроём вернулись в давешнюю комнату, он подал им какие-то белые тряпки. Приняв их, Агей увидел, что это такие же повязки, как уже носил сам медик. Парни быстро натянули на одежду белые топики, где на груди и на спине были нарисованы круги с красной каплей. Также по белой повязке они надели на каждую руку.
- Отлично, - полюбовался ими лысый. - В общем, смотрите по ситуации. Если кого ранят тяжело, ну, или легко, так что он воевать не сможет, то тащите его сюда, будем думать, что с ним делать.