В лагере шесть лет провёл. Мог бы раньше выйти, но глупостей наделал. Те, кто умнее, почти сразу выходили, а я глупил. Считал, да и не я один, что власть Сегрегора ненадолго. Не верили, что один клан всю Пустошь контролировать может. Ждали, что он, как и другие большие кланы, развалится, а мы, истинные джигиты, выйдем и возьмём своё.
Вот, шесть лет, отсидел, как дурак, но вышел, всё-таки. Уехал из Пустоши на юг. Там еще не один год валандался, разными делишками занимался, пока в дерьмо не вляпался. Пришлось назад в Пустошь бежать и тут снова в дерьмо вступил и опять в здешний лагерь загремел. Ну, а там, три года назад, убил одного и...
- Ты в Круге его убил? - напряжённо спросил Добер.
- Да, в Круге. Если честно, он не первый, кого я в лагере, на тот свет отправил. Ещё во время первой отсидки, несколько раз в Круг заходил. Но то было по согласованию с начальством лагеря. Они эти дела поддерживали. Им выгодно было, чтобы джигиты друг друга резали. Они прямо говорили: чем меньше джигитов в Пустоши, тем лучше. Поэтому те жмурики мне с рук сошли. А тут это мы сами разборки устроили и меня должны были вздёрнуть. Ну и предложили мне сюда, так сказать, для искупления вины.
- А сюда-то, зачем? - опять спросил Добер.
- Вы же в курсе, что мы в бывшей стране чигуров?
- Конечно, - хмыкнул бугай.
- А, что с ними случилось, знаете?
- Слышали, что Сегрегор убил их всех, - ответил Коляныч.
- Так и есть, - кивнул хозяин. - Когда война за Пустошь закончилась, он сюда вторгся и резню устроил. Целый народ под нож пустил.
- А как люди в Пустоши на это отреагировали? - спросил Коляныч.
- Хорошо отреагировали. С радостью! От этих чигуров вся Пустошь стонала. Они никого не щадили и никого не признавали, кроме своих старших. Их все ненавидели и только злорадствовали, когда узнали, что их подчистую вырезали.
Так вот! Я не знаю, как это проходило, но, как говорят, быстро они тут управились. Утилизировали их. Однако, не всех. Потом ещё многие годы их по всей этой стране их вылавливали. Они уцелели в разных тайниках и убежищах.
А вот в этих краях, была одна большая и богатая семья. Вон там, - старик показал на восток. - Видели вы скалы? Так у них там целая скрытная долина была. Там у них и теплицы и фермы были, так что, они там почти десять лет скрывались. Это я только потом узнал.
Но не так давно, я точно не знаю как, но их засекли. Возможно, тут их видели, у озёр, когда они рыбу ловили. Вот меня сюда и заслали, в качестве приманки. Приказали здесь жить, как будто я обычный бродяга из Пустоши, сбежал из лагеря и решил в этом месте, рядом с прудами, обосноваться.
Если бы меня чигуры убили, то стало бы ясно, что дело не чисто и надо тут внимательнее смотреть за округой. Но они меня не убили. Даже не знаю, почему. Проглотили мою историю про бегство и как бы разрешили здесь жить.
- А ты их сдал Сегрегору? - спросил Добер с презрением в голосе.
- Да, сдал! - жёстко сказал старик, глядя здоровяку в глаза. - А кто бы на моём месте не сдал?! Их под нож, конечно, пустили, я вон, только упросил их Амина мне оставить, не убивать. Они его мне оставили, но между ног у него, хозяйство, срезали подчистую, чтобы он размножаться не смог.
С тех пор, вот тут и живём с ним. Вернее, доживаем. Я тут три года прожил, но вот думаю, что ещё столько же не протяну. А как я копыта отброшу, то мальчишка или с голоду умрёт или же его местные пограничники прибьют.
- А эти, пограничники, к тебе заезжают? - спросил Коляныч.
- Да. Бывают тут регулярно. Подкармливают.
- И что они за люди?
- Люди как люди. Есть хорошие, есть не очень. Последний раз, три дня назад были. Там у них главный, капрал Имдер. Та ещё мразь. Не знаю, кем он раньше был, но джигитов ненавидит. Когда ко мне приезжает, первый его вопрос: "ты ещё не сдох тут, старый?" Хотя этот хрен, меня младше лет на пять, от силы. Приходится терпеть это дерьмо.
- А ты уйти не пробовал?
- Куда?
- Вообще, из Пустоши. В Северные Земли.
- А кому я там нужен? У меня там знакомых нет. Парни из моего клана, большей частью мертвы, а кто пропал, с концами. Кое-кто, конечно, выбрался на юг или на север, но как я их найду? Да и не факт, что у них там всё хорошо...
- А если честной жизнью жить, работать?