- Ну, что, парни, пойдём, потихоньку?
Агей думал, что тот посмотрит на оставляемый домик и огород и что-нибудь скажет на прощание, но старик первым пошёл прочь, даже не бросив прощального взгляда на своё хозяйство.
Почти рядом со столом, на небольшой площадке начиналась заметная автомобильная колея, тянущаяся на запад. Немного прошли по ней, после чего свернули к северу.
- Ну, а на севере, как? - спрашивал на ходу Коляныч. - После чигуров пустая земля осталась и там сейчас никого, кроме пограничников Сегрегора?
- Так и есть, - кивнул старик. - Они всё время говорят, что собираются заселять её, да всё руки не доходят. Пока нет желающих, там поселиться.
- Значит, мы тут никого не должны встретить, так? - спросил Вилен. - Кроме людей Сегрегора?
- Три дня назад, - сказал Седат. - Приезжали они ко мне и сказали, чтобы я поглядывал на север. Вроде бы где-то там мародёров видели. Но, как я буду поглядывать? У меня, что тут, наблюдательный пункт, что ли?
Поэтому сейчас, давайте смотреть в оба, как бы на этих мародёров не налететь. Это ведь такой народ... Им нас всех убить, что поссать сходить.
К тому же, я точно не знаю, но есть у меня сильное подозрение, что я не один такой отшельник здесь. Уверен, есть и другие "отшельники", которые живут в этих краях и "поглядывают по сторонам". На них нам тоже нельзя натыкаться.
- А сколько отсюда до Западного шоссе? - спросил Коляныч.
- Точно не знаю. На эту "точку" меня в закрытой машине везли, а затем пешком я долго добирался. А потом, я ведь часто болтал с местными патрульными, но никогда об окрестностях не расспрашивал их, на всякий случай. Но, однажды, это больше двух лет назад было, делал вылазку. Амина запер в доме и сам взял немного еды и прогулялся на запад, по следам машин. Шёл до полудня, километров сорок прошёл, наверное, но до шоссе не дошёл, повернул назад, чтобы домой, к ночи, дойти.
Но, я думаю, до шоссе не больше ста километров. Вполне возможно, что мы завтра, самое позднее, к вечеру, на него выйдем.
Пока они разговаривали, мальчишка бегал взад-вперёд, радостно повизгивая. Однако уже через пару километров, мальчуган устал, начал спотыкаться и жалобно ныть. Седат попросил остановиться, без церемоний снял с мальчишки накидку, оставив того голышом. После этого, старик вытащил из своего рюкзака несколько тряпок, обмотал ими промежность мальчугана, сделав ему примитивные трусы.
- Это, чтобы он меня не обоссал, - пояснил он парням.
После этого Седат закинул мальчишку себе на закорки, а тот обхватил его шею ручками. За этим действом Коляныч наблюдал со скепсисом на лице. Агей понял, что товарищ прикидывает, сколько времени пройдёт, прежде чем старик выбьется из сил.
Однако, продолжив путь, все сильно удивились. Назад уходили всё новые километры, а их новый спутник спокойно шёл, оживлённо разговаривая с парнями, неся на спине мальчишку, да ещё и держа в руках свой мешок.
Глядя на его оголённую грудь в распахнутом чёрном халате, Агей подумал, что рано ещё этого "старика" записывать в старики. Этот "дедушка", пожалуй, даст фору многим молодым.
Сразу вспомнился поединок "старика" Хтона с молодым Бергом и появились мысли, что и этот джигит далеко не так стар, как хочет казаться...
Коляныч же, по пути активно расспрашивал Седата об окрестностях и, в частности, про Западное шоссе.
- Я вам уже говорил, что не интересовался окрестностями у местных ребятишек, но, вот, про дорогу, спрашивал, - рассказывал старик. - И они говорили, что движение там совсем небольшое. Ездят их машины и редкие машины с севера, которые или с ними дела имеют, или же всю Пустошь, насквозь, пересекают.
- А там и раньше, мало кто ездил? - спросил Добер.
- Да. Так издревле повелось. Главное движение через Пустошь, по Срединному и Восточному шоссе проходило. А по Западному не ездили из-за чигуров. Там, ведь, как было. Закон Пустоши запрещает разрушать дороги и перекрывать их. Конечно, многие это нарушали, делали завалы для засад, но чигуры всех переплюнули.
Вон там, к югу, где Западная гряда выходит к дороге, они целый вал сделали, так что вообще не проехать. Мой клан и ещё несколько собрались и решили наказать чигуров. Атаковали их и хорошо покрошили. А потом этот завал расчистили.
- Сами расчищали? - спросил Коляныч.