Седат же, не бросив на Агея и мимолётного взгляда, подхватил за руку Амина и увлёк его в кухню. Шёл старик сильно хромая и глядя на него, Агей изумился, как ловко тот прикидывается. Если бы он не знал его, то подумал бы, что старик и правда хромает и, к тому же, у него явно повреждена спина.
Когда нищие зашли в кухню, Антон подошёл к дверному проёму и встал там, оперевшись плечом на дверной косяк, наблюдая за происходящим на кухне. Олаф и Санир вернулись к столику, положив свои ружья и усевшись на стулья.
Агей воочию убедился, что маскировка старого джигита сработала. На лицах мужчин, сидящих рядом, страха совершенно не было, но явно виднелось желание, чтобы эти нищие поскорее убрались прочь. Ко всем, так сказать, чертям...
7.16
На кухне послышался голос Седата.
- Спасибо, добрая хозяюшка, - медовым голосом говорил лже-нищий.
- Откуда идёте, дедушка? - спросила женщина.
- Из дальних мест идём, - старик ещё что-то сказал, но Агей не расслышал.
Седат опять что-то сказал неразборчиво, но явно обращаясь к Антону. Тот сделал шаг вперёд, зайдя в проём и пропав из вида.
Агей сидел, словно окаменев, понимая, что сейчас всё и произойдёт. Парень твёрдо решил, что как только всё начнётся, он сразу же схватит вот эту, почти пустую бутылку, и начнёт действовать, колошматя ей тех, кто окажется ближе к нему...
- Ух! Ой-ой! - раздался из кухни голос Антона, полный боли.
Тут же заверещала женщина, но крик сразу же оборвался. Что-то упало на пол. И снова, что-то упало...
Мужчины за столом окаменели, повернув головы на звук, но через секунду Олаф и Санир вскочили на ноги.
- Антон! - крикнул Олаф.
Из кухни вдруг выбежал маленький Амин. Агею показалось, что мальчугана с силой вытолкнули. Пробежав немного по гостиной, мальчишка остановился в нескольких метрах возле мужчин. Те недоумённо уставились на него.
Возникла немая сцена. В тишине мальчишка смотрел на мужчин, а те смотрели на него. Неожиданно, между ног у мальчишки, на пол что-то упало. Словно большая капля - тёмная и вязкая.
"- И вонючая", - подумал Агей, который пока не понял, пришло ему время действовать или ещё рано?
- Это чё за херня? - тихо, словно не веря глазам, сказал Санир, делая шаг к мальчишке, нагибаясь и разглядывая шлепок дерьма, лежащий на полу между голых ног мальчонки.
- Антон!!! - ещё раз крикнул бугай Олаф и быстрым шагом направился к кухне.
Он уже почти подошёл к дверному проёму, как вдруг из кухни, навстречу ему выскочил Седат и рубанул бугая своим стальным топориком...
Дальнейшее Агей запомнил только обрывками. Олаф заорал и тут же из-за стола вскочил старик Трерий. Парень очнулся и быстро схватил за горлышко бутылку со стола. Она удобно легла в руку, и парень изо всех сил долбанул по голове старика, который нагнулся, протягивая руки к своей винтовке, лежащей на столике. Получив удар, Трерий упал, словно подкошенный.
Это заметил щуплый Санир, который уже бросился к Олафу, но, увидев падение отца, с перекошенным лицом кинулся на Агея.
Первого удара по хилому мужику парень не помнил. Помнил только, что бил и бил его по голове своей бутылкой, как дубинкой, а рядом кто-то кричал, подбадривая: "Бей! Бей!". И он бил, нанося всё новые и новые удары по голове врага, который, непонятно как держался на ногах и не падал. После очередного удара ему показалось, что бутылка лопнула, но это в сторону полетели выбитые зубы врага...
Парень остановился, и враг упал на пол, страшно хрипя. Вокруг развороченной головы быстро начала скапливаться кровь, но враг был жив и, лёжа на спине, трепыхался, словно огромный червяк...
В ужасе от сотворённого, парень застыл на месте. К нему подошёл Седат, держа в руке окровавленный топор.
- Ну, ты дал, брат... - удивлённо сказал старый джигит. - Я кричу тебе, стой-стой, а ты...
Парень хотел ответить, что он думал, что ему кричат: "Бей!" Но в горле вдруг возник ком. Агей уже хотел сказать, что хотел лишь оглушить врага, как вдруг Седат оглянулся и посмотрел наверх. Проследив за его взглядом, парень увидел, что на верхних ступеньках лестницы стоит Альна и, широко раскрыв глаза, смотрит на них. Агей при её виде лишь раскрыл рот...