Аккуратно выезжающие из него всадники быстро углублялись в лес, становясь невидимыми потенциальному стороннему наблюдателю. Но, почти все противники сейчас были на берегу реки, так что нам бояться было нечего. Однако, осторожность никогда не бывает лишней!
По моим ощущениям прошло около часа, а только двести конников успели перебраться из моего казенного жилья в лес. Оставалось подождать совсем немного, когда до нас стали доноситься дикие крики степняков: партизаны вступили в игру.
Им были переданы наряды кочевников, их шапки и лошадиная сбруя, а вот самих лошадей нашим внештатным помощникам еще только предстояло добыть. Тонкости операции разрабатывали большие головы из городского совета, да к тому же на плоту тогда уплывали и все горожане, необходимые для того, чтобы все прошло без сучка и задоринки.
К тому моменту, как планеры отбомбились над берегом реки и были посажены на сеть над городской площадью, а небо только начало алеть утренней зарей, две группы партизан выдвинулись на дело!
Задумку сильно упрощало то, что кочевники вынуждены были разбивать свои табуны из нескольких тысяч лошадей, чтобы кони могли сами себя прокормить в условиях ограниченного количества лугов и пока еще невысокой травы на них.
Один из таких табунов и требовалось умыкнуть, как только будет настолько светло, чтобы лошади смогли рассмотреть дорогу.
Пастухов-охранников сняли спецназовцы, городские конезаводчики, переквалифицировавшись в конокрадов, разыскали главного в табуне жеребца, за считанные секунды усмирили и оседлали, а дальше уже все было делом техники.
Конечно же, перемещение нескольких сотен лошадей перед самым рассветом скрыть не удалось. Поэтому мы и услышали тревожные крики степняков.
У первого отряда партизан было несколько минут на то, чтобы оседлать лошадей и попытаться оторваться от преследования, которое уже – будьте уверены – организовывалось!
Второй отряд должен был организовать заслон, обозначить атаку, подать условный сигнал, который бы увидели в городе, а потом раствориться в лесу.
Все прошло как по нотам!
Заслон из нескольких сотен лучников (в их число входили старики, женщины и подростки) был организован именно там, где из-за рельефа местности преследователи должны были перестроиться из сплошной конной лавины в относительно узкую колонну: по три-четыре всадника в ряд. Вот на выходе из этого рукава преследователей и встретили непрерывной серией слаженных залпов из луков и самострелов, произведенной из хорошо укрепленной и защищенной позиции.
Ситуация была примерно как с теми самыми тремя сотнями спартанцев: кучка профессионалов почти бесконечно могла сдерживать на узком участке целую армию.
Меж тем, кочевники дураками не были. Уже успев за пару дней изучить здешние месте, практически сразу пошли в обход.
Но и это было предвидено большими головами из городского военно-игрового совета.
Почти все устроители засады, видя, маневрирование конницы начали спешно отходить в лес. Оставшиеся, сначала дали дружный сигнальный залп в небо, а потом со всех ног присоединились к своим боевым товарищам.
Сигнал, поданный скороходами, ничего не сказал кочевникам, кроме того, что, возможно, стоит ждать продолжения неприятностей.
И таки те не заставили себя ждать. Когда несколько сотен всадников уже полностью перестроились и готовы были к обходному маневру, до ушей особо чутких кочевников начал доносится до боли знакомый звук.
Детские свистульки!
Те самые, что в понимании кочевников всегда предвещали массовую игровую смерть с неба.
И что сделали степняки? Правильно: рассеялись! Вот прямо кто куда, лишь бы не попасть под потоки краски или не попасть под облако порошка, символизирующего начало локального огненного апокалипсиса.
Естественно, ни о какой более или менее внятной погоне за угнавшими табун партизанами теперь и речи быть не могло. Стоило только степнякам спустя минут десять снова наладить строй в другом месте, как откуда-то со стороны города снова послышался свист. А ведь все помнили, что перед налетом обычно летят два свистящих планера…
В общем, так они до самого рассвета в единый большой отряд и не собрались!
В итоге на реке был налет без свиста, а здесь у нас все только свистом и ограничилось. Но подействовал этот свист на противников, как в былинах про Илью Муромца и Соловья разбойника: образно говоря, сдул всех!
Наши же городские наездники под тот свист спокойно собрались все вместе, выстроились в походные порядки и направились вдоль опушки в нужную сторону.