Возражений не последовало.
— А что грозит человеку, если его укусит обычный ходячий труп? — уточнил я, чтобы понимать масштаб предстоящей трагедии.
— Ну, не знаю, больно будет и след от зубов останется. Зависит от того, как сильно укусит, — в голосе монстра впервые послышались нотки удивления, — а ты что, опыты какие собрался ставить, что ли? Тебе точно от укуса ничего не будет — сразу же заживет, как на собаке. Остальным чуть похуже придется, но магия там, где мертвяки шастают, почти везде есть. Иначе они бы там и не шастали, а скучали лежали. Без еды они, почитай, уже лет двести, так что никакой заразы во ртах там не пооставалось. Считай, что время все простерилизовало!
— А как бороться с Личами? — заговорил мастер убийца Стун.
— Это на случай, если убежать не получится? — уточнил монстр и, дождавшись утвердительного кивка, ответил. — Да как только умеешь: силой, магией, удачей. Как угодно. Они, в принципе, повторно смертны, но у каждого есть свой секрет. Если его знать, то убить Лича проще, чем конфетку у ребенка отобрать. В принципе, мелких и слабых мертвых магов упокоить несложно. Тут вы бы и сами справились бы. А вот те зверюги, про которых я говорил… Понимаешь, их даже те две мои копии сейчас не видят и не слышат, в то время, как доподлинно известно: эти Личи где-то там. В общем, главное, в этом деле — не попасться им в поле зрения, а если не вышло, то перво-наперво нужно будет попрощаться с друзьями!
Я посмотрел через плечо на хмурого Хрюна; не скажет ли он чего жизнеутверждающего, чтобы уронить градус напряженности.
Библиотекарь хмурился и молчал. А я внезапно со всего размаху влетел в каменную спину.
Горгулья молча стояла в позе, не предвещающей ни нам, ни тем, кто находился впереди ничего хорошего.
Глава 14
Глава 14. «Тому далеко ходить не нужно, у кого черт за плечами»
— Про этих я как-тпо позабыл, — досадливо пробормотал наш спутник, становясь боком, чтобы всем было видно, что там скрывали его широкая спина и крылья, — парни, вроде бы, смирные. Поначалу, правда, шумели, пол разбирали, земляными работами занимались, но в соседние коридоры не лезли, вот я ими и не интересовался. А парни успели развернуться.
Обычно я не отличаюсь любопытством, но тут грех было не заглянуть.
Взгляду тут же открылось максимально колоритное производственно-бытовое помещение. Выглядело оно причудливо: все стены местами были покрыты какой-то мерзковато похлюпывающей ползучей плесенью. Там, где ее не было, — пестрели четкие детализированные и даже красочные рисунки. Чаще всего — похабные. Но были и пугающие, и даже реально отвратительные, изображающие всякого рода пытки и казни различных существ, в большинстве своем — гуманоидных. Однако, присутствовали на них и вовсе не похожие на людей, но явно разумные существа. Это было видно по их глазам: неизвестный художник очень талантливо изобразил в них всю гамму страданий и обреченности на вечные муки.
Пытали и казнили существ хорошо мне знакомые ребята: невысокие, с телами, покрытыми черной шерстью, с хвостами и рожками. Да-да, классические такие черти. Правда, и среди этой братии имелись отличия: у кого-то ноги были козлиными, а у других они гнулись коленками назад. Некоторые имели поросячьи пятачки вместо носа, а лица иных практически не отличались от человеческих, но с искривленными пропорциями. Чересчур высокие острые скулы, широкие рты — почти что пасти, полные мелких, словно острых зубов, и глубоко посаженные злые глаза, горящие то желтым, то красноватым светом.
И это только то, что можно было бы рассказать, глядя на рисунки. В жизни же, черти выглядели еще любопытнее: странная пластика при движениях, когда конечности порой сгибаются под неестественными углами, постоянные ужимки и всевозможные гримасы — эдакая карикатура на человека. А хвосты! До того подвижные и гибкие, что впору использовать их в качестве дополнительной руки!
Впрочем, вон в тени у стены, пританцовывая, стоит щуплый наполовину седой черт и кисточкой хвоста дорисовывает очередной сюжет эпической массовой термической казни.
Классических гигантских раскаленных сковород и чанов с кипятком для грешников здесь, конечно, нет, но зато в самом центре громадного зала расположена большая гладкая пустая площадка. Выглядит она словно дорожное плотно, только что отутюженное асфальтоукладчиком: черная, как смоль, и парит. Поверхность у нее явно очень горячая. Собственно, сразу же чувствуется, что в огромном помещении очень жарко.