С секунду я растеряно пытался удержать пару ближайших ко мне когтистых конечностей, одновременно стараясь избежать соприкосновения с этими бритвенно-острыми отростками. Непонятно было, чего ожидать от противника, который может одинаково хорошо действовать всеми четырьмя лапами, и при этом еще бить крыльями, и кусаться так, что питбуль бы позавидовал.
В этот момент на макушку мне опустилась громадная пятерня, обхватила верхнюю часть головы и беспардонно повернула в сторону Стуна. Собственно, это была именно его пятерня. Сделав так, чтобы я видел его лицо, великан проговорил, отчетливо артикулируя губами, давая понять, что я слышу именно его голос:
- На спину вали Блестящего! Крылья заблокируются, голову и руки беру на себя, Вы втроем – держите ноги!
Сказано – сделано! Налегаю всем весом, ребята берут пример с меня и совместными усилиями, чудом избежав зубов и когтей, мы кантуем монстра и обездвиживаем его в соответствии с планом Стуна.
Наш Голиаф надежно фиксирует верхнюю часть тела, улегшись на его груди, я удерживаю одну нижнюю лапу, Хрюн с Флином стараются не дать вырваться второй.
Рина же что-то шепчет себе под нос и делает пассы руками в непосредственной близости от зубастой пасти монстра.
Не знаю, ощущают ли это остальные, но горгулья дергается все слабее и слабее пока, наконец, совсем не успокаивается. Это даже странно видеть на только что безумной кровожадной морде намеки на умиротворение и даже блаженство.
- Заговор от колик в животе, - слышу я в голове голос Рины.
Не знаю, она ли это произносит, или заклинание вновь взялось за меня, поэтому никак не реагирую, а на всякий случай еще надежнее удерживаю вверенную мне конечность.
И снова пятерня на моей макушке.
Вот наш великан знает, как в таких ситуациях нужно общаться. Немного оскорбительно, конечно, когда твоей головой вертят в разные стороны, зато исключительно практично и дает возможность получения достоверной информации.
- Поднимаем, грузим мне на спину и несем! – командует Стун.
Ну что ж, инициатива наказуема! Вот и посмотрим, устают ли камни. Спустя минуту легкого бега я выяснил, что не только устают, но еще и потеют! Еще бы, этот монстр даже на глаз весит не меньше тонны…
- Все! Да, все, вам говорят! – слышу я сверху приятный голос, сопровождаемый странным настойчивым постукиванием. – Из вас же засранцев никто даже и не думает вверх посмотреть! Как вы намерены понять, что все закончилось?
И точно! Лежа кверху брюхом на почти что горизонтально расположенной спине Стуна, горгулья активно хлопает во все четыре ладони!
Ну, вот пришла и моя очередь!
Пылающий огнем возмездия я забегаю наперед беру лицо Стуна в ладони, направляю на свое и тоже отчетливо и коротко описываю ситуацию.
Силач со вздохом всемирного облегчения сваливает с себя оживший и уже даже жизнерадостный груз и сам тут же валится с ног.
Падая, здоровенная горгулья в миг превращается почти что в идеальный шар, катится по земле и, как детская игрушка с позабытым мною названием в одно мгновение снова превращается в красавца-монстра с радостным оскалом на морде!
- Спасибо, внучата, дружище, самородок, и ворюга музыкальных инструментов! Всем спасибо! Вы красавцы, орлы и герои!
В Бродяге сейчас легко виден именно человек. Причем, не простой, а тот, кто уже на полном серьезе распрощался с жизнью, но по каким-то независящим от него обстоятельствам, не погиб. Практически заново рожденный человек!
- Ну, ты, внучка и даешь! – продолжает выплескивать из себя радость новорожденный. – Меня успокаивать, как младенца! И ведь смогла! Сколько же ты энергии потратила?!
- Почти всю, - устало улыбается Рина, - самую малость оставила, чтобы самой совсем не потухнуть.
- Это нам повезло, что магия крови работает здесь как надо! – продолжает скалиться Бродяга в теле монстра. – Иначе нипочем бы этот фокус тебе не удался. Где я, и где младенцы?!
Подняв уродливую голову вверх, Блестящий облегченно и радостно расхохотался.
Не думал я, что долгоживущие существа так держаться за возможность продолжения своего существования. Скучно же, наверное…
Хотя, если между разными мирами то и дело ходишь, да еще и тела меняешь, может, и весело.
Меж тем этот не слишком уместный хохот всерьез встревожил Хрюна.
- Женя, может, все-таки его хотя бы стреножить, что ли? Ведь он один может нас всех убить просто взмахом крыла. Помнишь, как он делал это с мертвецами? Очень глупо подвергать себя опасности, Хорошо, что в этот раз мы были готовы к неприятностям, а что, если подобное случится внезапно?