Пожалуй, в первый раз я увидел на лице мальчишки настоящую веселую улыбку.
- Ну, пошли, - подозрительно быстро согласился он, и еще раз улыбнулся при этом.
Причину улыбки я понял уже внутри помещения библиотеки. Если честно, я думал, что она будет поменьше, раз вопрос с доступной бумагой здесь пока не решен. Однако в этом мире к бумажным носителям информации относились бережно и уважительно. Помещения были светлые, сухие, проветриваемые. На широких подписанных полках лежали и стояли, глиняные таблички, свитки, книги…
А улыбку Флина я разгадал, только взглянув на единственного оставшегося в живых библиотекаря. Это был классический человек «не от мира сего». Скажете, что под это определение больше подхожу я, уже хотя бы потому, что действительно не из этого мира?
Так вот я отвечу, что этот «кадр» в любом мире будет белой вороной. Ну, или книжным червем; кому как удобно.
Ко всему прочему он явно еще занимался и какими-то научными изысканиями, потому что пол вокруг того места, где он угнездился, был полностью уставлен всевозможными носителями информации. Он ползал между ними по ломаным хаотичным траекториям, в поисках нужного носителя. А когда странный юноша его находил, то издавал тихий, одновременно восторженный и странный, как бы исходящий из носоглотки звук, отдаленно напоминающий радостное похрюкивание.
Этот товарищ нас даже не заметил, когда мы, переговариваясь, вошли к нему в помещение.
- Он что, собирается превращать свинец в золото или воду в вино? Просто других целей для проявления подобного рвения лично я придумать не могу!
- О, это целая история! Он ослеплен одной идеей и живет только ей. Хрюн хочет создать устройство, которое бы передавало на большие расстояния звуковые сигналы.
- Как ты сказал, Хрюн?! – изумился я такому звучному имени.
На местном языке оно не имело ничего общего со свиньями, но вот на русском… имя полностью оправдывало то радостное хрюканье, которое время от времени издавал библиотекарь!
- Ну, да. Его так зовут. Будущий мастер книг утверждает, что наш город остается в изоляционной опасности каждый раз, когда на окрестности опускается густой туман, и совсем не видно сигнальных стрел.
- Сдается мне, что их и в солнечный день не слишком хорошо видно, - поделился я сомнениями на счет эффективности местной системы оповещения, понимая, что будущий мастер изначально прав, ища выход в звуковом диапазоне.
- Для солнечной погоды у нас используются дымы. А в сильный дождь никто город атаковать и не станет. Да и вообще в непогоду городские ворота закрыты, а мосты подняты. Так уж всегда было заведено.
- Ладно, вам тут виднее, - сдался я, - зато мы выяснили, что этот уважаемый ученый уж точно не стал бы никого резать. Думаю, он вообще с внешним миром толком и не контактирует.
- Зато внешний мир с ним контактирует, причем довольно активно! – усмехнулся Флин. – Только на моей памяти его били раза четыре за испытания в городской черте устройств для наиболее пронзительных звуков. У него теория, что чем противнее звук, тем дальше он распространяется…
- Так сказать, по закону всемирного свинства?! – весело уточнил я, но понят собеседником не был.
Для посыльного Флина эта фраза была просто не самым удачным набором слов. Да, уж, нет пророка в своем отечестве. Ну, да и отечество тут не мое. Так что грустить не станем.
Посыльный же за время моей микрорефлексии успел подойти к ближайшей полке с книгами и едва слышно пошелестеть страницами первого попавшегося в руки тома.
Как ни странно, но этот звук привел библиотекаря в чувство. Он отвлекся от своих изысканий и, прищурившись, оглядел помещение. Первым в поле его зрения попал Флин.
Библиотекарь, узнав мальчишку, нахмурился и нехотя встал с колен.
- У тебя ко мне послание? Говори скорей, я занятой человек, работаю за двоих!
В этот момент взгляд Хрюна дошел и до меня. Лицо библиотекаря из строгого стало взволнованным.
- Так, - быстро затараторил он, - уважаемый, вы, судя по вашему выражению лица, ошиблись дверью. Здесь нет ни выпивки, ни девиц. И состязания тут тоже не проводятся. Это скучное помещение. Я же по вашему лицу вижу, что вы перепутали здания. К чему вам дышать пылью веков? На улице чудесная погода, а в соседней харчевне вчера как раз откупорили сорокаведерную бочку вина. Буйный праздник был по этому поводу! Хотите, я вам покажу, где находится это гнездо разврата?! Там есть доступные вульгарные женщины. У них там всякие женские прелести и все остальное. Там хорошо, а здесь вам не понравится! Пойдем те же, пойдемте!